— Какой же ты всё-таки… — Лайла вздохнула.
— Непреклонный? — подмигнул тот.
— Непрошибаемый, — по-доброму ответил Джон и поднялся. — Скоро приду.
— Друг за друга фразы заканчиваете? Вот, не зря вас вместе свёл, — кинул ему вслед ассасин.
— Я польщена твоей заботой, — Лайла тоже встала. — И именно поэтому отвечу тебе тем же. Дам совет, — она приблизилась и совсем тихо продолжила: — Сколько бы ты ни видел в Эрми воительницу, она в первую очередь женщина. Не стоит шутить на болезненные темы.
— Это ты к чему? — Рэксволд перевёл взор на северянку, какая положив свою ладонь на ладонь Шойсу, гладила его рукой шею кобылы. — Ясно…
— Нет, — вампирша придержала чёрный локоть, под которым сжался твёрдый, как камень, кулак. — Это неверное решение.
— Разве? Глянь. Она даже улыбнулась ему. Ещё немного, и он начнёт пялиться на её задницу. Побесить меня решила? Так я враз покажу, чего стою.
— Ты смотришь на ситуацию однобоко.
— Ну, давай, просвети меня, — ассасин перевёл на Лайлу тяжёлый взор.
— Ты хочешь, чтобы Эрми стала матерью. А готов ли сам решать проблемы как отец?
— Зачем мне ей что-то доказывать? Она дала слово и на попятную уже не пойдёт.
— Не ей, Рэксволд, — глядя ему в глаза, вампирша тронула ладонью укрытую чёрной бронёй грудь: — Себе.
Вновь посмотрев на Эрминию и Шойсу, который брезгливо щупал бок кобылы, ассасин пожевал губу.
— Заумная такая. Аж тошно, — проворчал он и направился к ним.
Лайла надеялась, что потушила пожар, а не плеснула масла на тлеющие угли. Однако на всякий случай настроилась разнимать драку.
— Неправильно объясняешь… — приближаясь, бросил Рэксволд. — Волосы, ушастый, это всё волосы. Мои. Эрмино золото. Твоя белобрысость. Грива. И даже эта шерсть, — в его пальцах поочерёдно побывало всё перечисленное. — Волосы.
— Volosiz? — недоверчиво переспросил иномирец.
— Ага. Представь себе… А это чего за помесь удавки и клубка? Кто так повод завязывает? Смотри и учись, салага.
Пристально наблюдая за участливым ассасином, Эрминия лишь задумчиво хмыкнула.
— Я что-то пропустил? — сполоснувший в реке руки Джон, поглядел на довольную вампиршу и три фигуры у привязанных к дереву лошадей.
— Безусловно. Ты пропустил, как Рэксволд вырос в моих глазах.
Чуть не потеряв Скарги, который заигрался в зарослях с белыми пирамидками цветов, отдохнувшие странники поехали дальше. Дорожка быстро истончилась до тропинки. Потом же и вовсе затерялась в похожей на папоротник траве.
Лайла не переставала дивиться разнообразию ардонэйзийской флоры. Чем глубже в лесадку — тем больше причудливых растений, не ведомых ни глазу, ни носу, хотя в Эльтароне вампирша могла в точности обрисовать окружение, даже не смотря.
И вот взору открылась роща, где темнолистые кроны полнились красно-чёрными серёжками, кора отливала серебром, а ноги лошадей колыхали огромные, похожие на ежей соцветия. В ней и запах витал странный. Сладко-горький с ореховыми нотками. Как оказалось, его источали жёлто-оранжевые плоды редких кустарников. Под весом фруктов ветви пригибались к земле, едва не ломаясь.
— Это про них Алан говорил? — пустив коня шагом, Рэксволд свесился и сорвал один из плодов. — Увесистый.
— Есть не вздумай, — Джон тоже сбавил темп.
— После рассказов про подыхающих от него людей, как-то не хочется… — ассасин запустил фрукт в дерево, где тот с сочным шлепком разлетелся на ошмётки. — Мякоти много. И аромат прям попёр. Может, его на спирту настаивать надо? Как поговаривал наш кок: «С чем спиртягу ни смешай, всё лекарство получается. Хоть с мёдом, хоть с перцем, хоть с травами». Он в прошлом алхимик. Ерунды не посоветует.
— И как, здоровый был?
— Не особо… — поморщился Рэксволд.
— То-то же.
— Что «то-то же»? Может, у него родители хилые были.
— Сам-то в это веришь? — улыбнулся Джон.
— Неважно… — буркнул ассасин. — Вот о чём я вспомнил! — он вдруг посмотрел на вампиршу: — Лайла, всё спросить хотел. Насколько я понял, кринтэрхи ощущают даже крохи магии. Именно потому ты могла колдовать и раньше. Но теперь мир полон тварей, которые излучают эту самую магию. Тебя же должно разрывать, нет?
— Энергетических потоков стало больше. Отныне доступ к ним не требует высокой концентрации: познавший магию разум без труда распознаёт обилие плетений. Однако есть нюанс. Мне не хватает знаний их использовать.
— А то, что уже умеешь, усилить?
Вампирша помотала головой.