— Как насчет того, чтобы присесть на минутку? — спросил он, вытирая руки.
— Нет.
Он нахмурился и открыл рот, чтобы возразить, но в этот момент дверь открылась, и широкими шагами вошел Гриз. Он остановился как вкопанный и выругался, когда его взгляд остановился на моем лице.
— Лана? — спросил Трей.
— Изгнание, — ответил Гриз. — Всем троим.
Я оперлась о смотровой стол и сосредоточилась на вдохе через нос и выдохе через рот. Гриз разжал и сжал кулаки, прижатые к бокам, изучая меня.
— Я должен был убить его, — тихо повторил Трей.
— Поверь мне, он был не в лучшей форме, — сказал Гриз с мрачной улыбкой.
Дверь снова открылась, и вошла женщина, прижимая окровавленную руку к груди. Она остановилась при виде меня, ее взгляд метался между мной, Гризом и Треем.
— Это… Я не вовремя? — спросила она.
— Нет, — сказала я, прежде чем Гриз или Трей успели что-нибудь сказать, — Все в порядке. Вам нужно наложить швы?
— Я, э-э, думаю, да, — сказала женщина. — Дурацкий нож соскользнул, когда я резала мыло.
Я вернулась к раковине, тщательно вымыла руки и ополоснула лицо, наслаждаясь ощущением холодной воды на опухшем глазу и щеке. Когда я обернулась, женщина изучала мое лицо. Я вспомнила, что Клэрити упоминала мыловара, но не могла вспомнить ее имени.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Выглядит хуже, чем есть на самом деле, — я попыталась сказать это небрежно, но мой голос прозвучал деревянно даже для моих собственных ушей. — Присаживайтесь. — Я указала на смотровое кресло, доставая свои инструменты.
Она нахмурилась и, присев, посмотрела на Трея и Гриза.
— Что случилось? — спросила она их.
— Лана заплатила двум мужчинам, чтобы они напали на Боунс, — ответил Трей мрачным голосом.
Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Из-за Экзo?
— Да, — вздохнул Трей.
— Изгнание?
— Все трое.
Я подошла к ней и сосредоточилась на дезинфекции раны на ее руке, стараясь не обращать на них внимания. Мои руки все еще дрожали, и я попыталась успокоить их одной лишь силой воли. Попытка зашить рану трясущимися руками была дерьмовой для всех участников.
— Мне жаль, Боунс, — сказала женщина. — Кстати, меня зовут Мист.
Я перевела взгляд на нее. Она улыбнулась, и я снова опустила взгляд, желая, чтобы люди перестали, блядь, разговаривать со мной. Несколько минут я думала, что мое желание исполнилось, работая в тишине. Наконец я полностью подготовила ее и села на табурет, склонившись над ее рукой с иглой наготове. Я глубоко вздохнула, с облегчением заметив, что мои руки стали тверже.
— Лаванда подойдет? — Спросила Мист.
Я подняла глаза, сбитая с толку.
— Мыло, — пояснила она с улыбкой. — У меня есть другие ароматы, если тебе это не нравится.
— О, — сказала я, — нет, я… мне это нравится.
Она просияла.
— О, хорошо. Я собиралась… черт. — Она поморщилась, когда я сделала первый стежок.
— Извините, — пробормотала я.
— Нормально, — вздохнула она. — Я сама виновата, что не смотрела, что, блядь, делаю. Я собиралась сказать, что надеялась, что приятный успокаивающий аромат подойдет для лечебницы. Поэтому я отыскала немного дикой лаванды.
Этот продуманный поступок заставил эмоции снова захлестнуть меня. Я склонилась над ее рукой, чтобы не беспокоиться о своем лице.
— Благодарю вас.
— Не за что. — Я услышала улыбку в ее голосе. — Тогда я внесу ее в свой список для сбора.
— Где вы собираете травы? — Спросила я, надеясь, что мой голос звучит нормально, а не так, будто я выуживаю информацию.
— В лесу, — весело ответила она. — Хоук берет меня с собой раз в неделю.
Мне потребовалась секунда, чтобы вспомнить, что Хоук был лидером другой команды Охраны. Я припрятала эту информацию подальше.
— Бочки для дождевой воды все еще работают? — спросил Трей.
Мист ухмыльнулась ему.
— Как по волшебству. — Она повернулась ко мне и заметила, что я перевожу взгляд с одного на другого. — Трей помог мне смастерить пару дождевых бочек для приготовления щелока. Теперь мне не нужно спускаться к реке и наполнять ведра.
Я кивнула, как будто поняла, но на самом деле это было не так. Они продолжали болтать о разных вещах, и я позволила их голосам слиться в приятный фоновый шум. Когда я закончила, она тепло поблагодарила меня и попрощалась со всеми нами. Трей взял мои принадлежности и начал их стерилизовать. Гриз вытирал стол, пока я мыла посуду.
— Боунс, я действительно думаю, что тебе стоит немного отдохнуть, — снова попытался Трей.
— Нет, — повторила я.
Дверь снова открылась, и вошла женщина с плачущим ребенком. Ее пристальный взгляд сузился на моем лице, она мельком взглянула на Трея и Гриза и ничего не сказала. Ребенок отказывался пользоваться одной из своих ручек, и кричал, когда я попыталась осмотреть ее. Я обхватила его маленькую ручку, и он успокоился, когда мои силы залечили рану на его локте. Когда я отпустила его, малыш замахал обеими ручками в воздухе, улыбаясь мне сквозь слезы, все еще стоявшие в его глазах. Женщина шмыгнула носом и взяла его на руки, прижимаясь губами к его голове с короткими темными кудряшками.
— Спасибо! — Она вошла подошла ко мне и обняла, что заставило меня напрячься. — Ты в порядке? — прошептала она мне на ухо.
Я кивнула, чувствуя себя чертовски неловко. Она бросила на меня резкий взгляд, как будто не совсем поверила мне, и отстранилась.
— Могу я привести Джета завтра? — спросила она громче, усаживая ребенка на колени. — Чтобы убедиться, что все в порядке?
Я растерянно моргнула.
— Эм, конечно.
— Тогда увидимся завтра. Спасибо, Боунс.
Уходя, она бросила суровый взгляд на Трея и Гриза, и я поняла, что она подозревала, что один из них причинил мне боль. Внезапное желание защитить этих двух мужчин удивило и разозлило меня, и я поджала губы.
— На доске объявлений вывесят уведомление, — сказал Трей, когда я поплелась обратно к раковине и вымыла руки. — Так люди узнают, что произошло.
Отлично. Вероятно, это означало, что все больше людей задают вопросы. Моя голова, казалось, пульсировала в такт моему сердцебиению.
— Боунс… — начал Трей.
— Нет, — отрезала я. Боги, мне не нужно было сидеть и отдыхать. Мне нужно было продолжать двигаться.
— Пойду проверю, как там Мак, — объявил Гриз. Он сурово посмотрел на меня, когда я взглянула на него. — Боунс, тебе следовало присесть хотя бы на минутку.
— Я в порядке.
Гриз покачал головой.
— Боги, ты упрямая, как баран.
— Меня так и подмывает просто дать тебе наркотик, — пробормотал Трей после того, как дверь закрылась.
Я перевела взгляд на него, паника вспыхнула внутри меня.
— Нет. Я не могу принимать наркотики.
— Почему нет? — спросил он, скрестив руки на груди.
— Они причиняют мне боль.
Он поднял бровь, а я молилась богам, чтобы он больше не задавал вопросов. Но он не выглядел так, будто поверил мне. Это не совсем ложь. У меня не было никакого объяснения тому, что произошло, когда меня накачали наркотиками, но «больно» было лучшим словом, которое я могла придумать.
— Пообещай мне. — Мой голос звучал выше обычного. — Пообещай, что ты никогда не будешь давать мне наркотик.
— Даже если ты сильно ранена? — Он пересек комнату и остановился напротив меня у смотрового стола. — Я не знаю, смогу ли сдержать это обещание.
— Трей. — Боги, как мне его убедить? — Я клянусь тебе, что принять наркотик для меня хуже любой боли, которую я когда-либо могла испытать.
Он нахмурился.
— Как это?
— Я… я не могу этого толком объяснить. Это просто… плохо.
Он изучал меня, слегка нахмурив брови.
— Хорошо, — наконец сказал он, — я обещаю.
Я прерывисто вздохнула, но он еще не закончил.
— Если ты уделишь несколько минут отдыху.