Она на мгновение замолчала.
— Так и сделаю. Спасибо тебе, Боунс.
После ухода Клэрити у меня было несколько минут тишины, прежде чем вошла женщина. Гриз последовал за ней внутрь, и то, как он смотрел на нее, заставило меня напрячься. Она выглядела безобидной — худой и хрупкой, — но жадно смотрела на меня со странным блеском в глазах.
— У тебя дар, — сказала женщина, прежде чем я успела что-либо сказать. Она наклонила голову, словно птица.
— Могу я вам чем-нибудь помочь? — Спросила я.
Она улыбнулась, и я заметила, что ее зрачки расширились, как будто она была под кайфом.
— Ангел, — благоговейно пробормотала женщина.
Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица так быстро, что комната поплыла перед глазами.
— Не называй меня так.
— Безгласные были правы. — Ее лицо сияло благоговением. — Боги послали своего Ангела спасти нас.
— Боги послали тебя мне, Ангел. Ты принадлежишь мне, и я буду распоряжаться тобой как сочту нужным; ты слышишь меня?
Я судорожно втянула воздух через нос, пытаясь подавить тошноту.
— Я ищу твоего благословения, Ангел!
Женщина направилась ко мне, и я поспешно отступила, но Гриз схватил ее прежде, чем она успела сделать больше двух шагов. Ему пришлось вынести ее, хоть она и сопротивлялась, но он справился.
— Нет! — взмолилась она. — Ангел, пожалуйста!
Как только за ними закрылась дверь, я взбежала на чердак и забилась в свой угол, прислонившись спиной к стене, подтянув колени к груди. Мои руки дрожали, пока я боролась с волнами тошноты.
Ангел.
Я ненавидела то, что Джак до сих пор имел надо мной такую власть. Я хотела, чтобы он исчез из моих воспоминаний, моих страхов, моих кошмаров. Я ненавидела, что одно слово могло довести меня до такого состояния, потому что я слышала только его голос, произносящий это слово. Я не была уверена, знает ли большинство людей, что Джак когда-то был частью Безгласных. Он часто пылко рассказывал мне о Безгласных и богах, когда мы были одни. Он сказал, что ушел из-за разногласий, но иногда я задавалась вопросом, правда ли это. Казалось, он делал все возможное, чтобы Жнецы и Безгласные не пересекались, несмотря на то, что верил, будто был избран новым богом, найдя меня в пустыне.
Ангел. Он простонал это мне в ухо, когда…
Я снова зажала рот рукой, решив, что так меня не стошнит.
Голова Гриза высунулась из-за стены чердака, и я подпрыгнула, ахнув.
— Извини, — сказал он, — ты в порядке?
Я кивнула, вытирая мокрые щеки и надеясь, что он не заметил. Он поднялся на чердак и сел у стены в нескольких футах от меня.
— Не знаю, зачем я продолжаю спрашивать тебя об этом, когда знаю, что ты просто соврешь, — сказал он, но в его голосе не было злости.
Я попыталась сделать глубокий вдох, попыталась сдержать слезы, которые навернулись у меня на глаза, и попыталась притвориться, что его здесь нет. Краем глаза я видела, что он наблюдает за мной.
— Ты раньше сталкивалась с Безгласными? — спросил он.
Я покачала головой.
— Просто видела их издалека. И кое-что слышала.
— Они знали о тебе? — спросил он.
Я вздрогнула.
— Нет.
Он выглядел задумчивым.
— Слухи о твоих силах уже разошлись. Контакт Мака говорит, что люди стали расспрашивать о тебе.
Боги, если он пытался поднять мне настроение, то у него дерьмово получалось.
— Я мало что знаю об их верованиях, но если они думают, что ты какой-то ангел…
Я напряглась.
— Тебе не нравится это слово, да?
Я не ответила.
— Неужели они все так думают? Мэгс — чокнутая, поэтому я никогда не узнаю.
Честно говоря, я и сама не была уверенна. Я знала только то, что рассказал мне Джак. С его слов, Безгласные верили, что семь богов восстали из пепла старого мира. Были избраны семь пророков, по одному для каждого бога, и они служили богам до самой смерти. Последователи должны были посвятить себя Безгласным, чтобы доказать свою преданность, платя им абсурдные суммы дани и иногда совершая ужасные насильственные действия, когда этого требовали боги. Только истинно верующие знали имена богов, и после смерти их души забирали в Рай. Остальные из нас были обречены страдать в вечном проклятии. Убеждение Джака отличалось тем, что он верил, что боги не бессмертны, и что им на смену придут новые боги. Он думал, что, найдя меня в пустыне, он стал одним из новых богов, но я считала, что все это чушь собачья.
Я пожала плечами.
— Так кто же раньше тебя так называл? — спросил он. — Джак?
Какое бы выражение ни появилось на моем лице, должно быть, стало достаточным подтверждением, потому что его лицо помрачнело. Мы сидели в тишине, пока мое сердце не успокоилось.
— Мы с Маком встретили его однажды, — сказал он, — во время торговой сделки. Он мне не очень понравился.
— Когда? — спросила я
Он выглядел удивленным, что я задала вопрос.
— Должно быть, это было около шести лет назад? У Жнецов был запас баллонов с пропаном, а они были нужны нам… как и всем остальным.
Я с трудом сглотнула.
— Я помню это.
Его брови поползли вверх.
— Ты была там?
— Я должна была остаться в его палатке, но улизнула.
— Посмотреть торговую встречу?
— Нет. — Слова вырвались сами собой, удивив меня. — Я пыталась сбежать.
— А, — сказал он, наблюдая за мной. — Так вот почему он был в такой ярости последний день?
Боги, зачем я вообще об этом говорю? Я встала, отряхивая штаны.
— Мне пора возвращаться к работе.
— Лечебница закрыта, — сказал Гриз, не двигаясь с места, где сидел.
Я пристально посмотрела на него.
— Почему?
— Чтобы у тебя был перерыв.
Я не знала делать.
— Я…
— «В порядке», — закончил Гриз, с усмешкой качая головой. — Да, я знаю.
Я сердито посмотрела на него и направилась к лестнице.
— Ты же знаешь, что иногда быть НЕ в порядке — это нормально, — крикнул он, когда я спускалась.
Я проигнорировала его, подошла к двери и отперла ее. Когда я открыла ее, чтобы перевернуть табличку, Сэм сидел снаружи, вырезая что-то из куска дерева ножом. Он посмотрел на меня и ухмыльнулся.
— Перерыв окончен, Пирожок? — спросил он.
Я перевернула табличку на «открыто» и закрыла дверь, не ответив.
После звонка к обеду вошел Сэм с моей кружкой бульона и куском хлеба, с ним вошла другая женщина из команды Мака, Рэйвен.
— Привет, Рэйвен, — сказал Гриз с ноткой раздражения в голосе, — что случилось?
Серебряные пирсинги блестели в бровях, носу и губах Рэйвен, а ее тело было худым и мускулистым, как у бойца. Ее голубые глаза остановились на мне, и она улыбнулась, но это выглядело совсем не дружелюбно. Я не была уверена, как она относилась к тому, что сделала Лана, но я знала, что они были подругами.
— Мне нужна причина, чтобы быть здесь? — протянула она.
Сэм обошел ее и протянул мне мою кружку и хлеб.
— Просто не обращай на нее внимания. Она не в настроении.
Рэйвен засмеялась, прошествовав по лечебнице и осматривая все вокруг.
— Я просто хочу посмотреть, из-за чего весь сыр-бор. Если я должна следовать всем новым правилам Maка, я должна хотя бы понять, почему.
Я не поняла, что она имела в виду, но мне это не понравилось.
— Какие правила? — Коротко спросила я.
Она снова встретилась со мной взглядом.
— О, ну знаешь, оберегать Боунс. Сообщать о любой болтовне о Боунс. Следить, чтобы Боунс каждый день ела ее особый бульон. Все время следить за Боунс. — Ее взгляд метнулся на Гриза, который уставился на нее.
— Легче, Рэйвен, — предупредил Гриз.
— Что? — Она невинно округлила глаза. — Я просто пытаюсь выполнять свою работу, Гриз.
— Ты знаешь приказы Мадам, — сказал Сэм, и, судя по выражению его лица, это был не первый раз, когда они вели этот разговор.
— Все, что я знаю, это то, что раньше нас отбирали на миссии, а теперь мы просто сидим и наблюдаем за ней. — Ее губы скривились. — Я чертовски устала от того, что команда Хоука получает все хорошие задания. Мы не вылезали из этой дыры неделями.