— У тебя все в порядке? — спросил он.
— Просто устала, — пробормотала я. — Но сначала нужно вылечить Клэрити.
— Окей, но ты отдыхаешь после нее, поняла?
Я промычала в знак согласия, борясь с тяжелыми веками.
— Не знаю, что бы мы делали без тебя, — сказал он. — Вероятно, половина народу уже была бы мертва. Я никогда не смогу отблагодарить тебя как следует за то, что ты спасла нас.
Я не знала, что с этим делать. Обычно Мак не расточал комплименты.
— Что-то не так с этой болезнью, — пробормотала я немного погодя.
Какое-то время он молчал.
— Я тоже так думал, — наконец сказал он тихим голосом. — Похоже, лесорубы принесли с собой. Пара из них посетила бар в Фарбенксе, и они были первыми, кому стало плохо.
— Лечение не должно быть таким сложным. — Мои глаза закрылись сами по себе, сон звал меня.
Мак сказал что-то, чего я не расслышала, и когда я не ответила, его рука просто крепче обняла меня за талию. Я могла бы поклясться, что прошло всего пару секунд, прежде чем Мак разбудил меня, и я, моргая, уставилась на бордель перед нами. Мак соскочил с лошади и помог мне спешиться. Я с силой потерла глаза и, пытаясь хоть немного прийти в себя, последовала за Маком внутрь. Мы поднялись в комнату Клэрити и обнаружили Трея, припавшего к ее кровати с потрясенным видом.
Дыхание Клэрити участилось, на бледном лице выступили капельки пота. Она уставилась в потолок, бормоча какую-то чушь.
— Она вообще не реагирует на меня, — сказал Трей напряженным голосом.
Я присела на корточки с другой стороны кровати и положила руки на ее обнаженные костлявые плечи.
— Клэрити? — Спросила я. — Это Боунс. Ты меня слышишь?
Она просто продолжала что-то бормотать, ее глаза метались по сторонам. Я собралась с силами и вложила в нее слабые остатки своей силы. Все случаи были разной степени тяжести, но Клэрити была худшим случаем, из всех, что я видела. Поскольку ее исцеление истощило мои силы, я начала бояться, что их у меня осталось недостаточно. Маленькая девочка, которую я не смогла исцелить после пожара, вспыхнула в моем сознании, и меня наполнила новая решимость. Я не позволю Клэрити умереть. Теплая жидкость потекла по моим губам, и я почувствовала вкус крови. Трей взглянул на меня с другой стороны кровати и выругался.
— Я в порядке, — пробормотала я, сосредоточившись на красках, возвращавшихся на лицо Клэрити.
Трей пошевелился и протянул носовой платок.
— Мак.
Я моргнула, собираясь заверить Мака, что ему не обязательно вытирать мне нос, но он взял носовой платок и опустился рядом со мной на колени. Меня удивило, что он не выглядел смущенным.
— Можно? — спросил он.
Когда я кивнула, он осторожно вытер кровь. Ему пришлось повторить это несколько раз, когда кровотечение возобновлялось, но он никогда не колебался и не жаловался. Опять же, интимность этого простого действия ошеломила меня.
— Трей, с ней все будет в порядке, — пробормотал Мак.
Я подняла глаза и увидела, что лицо Трея исказилось от беспокойства, и начала молиться, чтобы Мак был прав, так как из моего носа потекло еще больше крови.
Казалось, прошла вечность прежде чем Клэрити сосредоточилась на моем лице. Она в замешательстве нахмурила брови.
— Боунс? — прошептала она.
— Все хорошо, — прохрипела я, — ты больна, но я лечу тебя.
— Клэр? — Трей наклонился вперед.
— Трей, — прошептала она, повернув голову, чтобы увидеть его, — привет.
— Привет, — сказал он в ответ, его голос был хриплым от эмоций.
— Привет, Клэр-бэр, — сказал Мак рядом со мной.
При виде Мака ее глаза расширились, но на губах заиграла легкая улыбка.
— Привет, Макаруни.
Мне пришлось побороть желание улыбнуться. Макаруни?
— Прости, — пробормотала она.
— Не говори так. Тебе не за что извиняться, — пожурил Трей.
— Снова напугала тебя. — Ее голос был таким слабым.
— Мы твои старшие братья. Беспокоиться о тебе — наша работа, — сказал Трей с наигранной легкостью.
Эти слова пронзили мое сердце, и я, должно быть, издала какой-то звук, потому что Трей и Мак сосредоточились на мне.
— Боунс, — рявкнул Мак.
— Я почти закончила, — прорычала я. Я чувствовала, как болезнь отступает, уступая теплу моих сил. — Дай мне работать.
Слава богам, он послушал, хотя и завис у моего плеча, наблюдая и выжидая. Наконец, последнее пятнышко тьмы рассеялось, и я отпустила ее. Тепло мгновенно покинуло мое тело, и я начала дрожать так сильно, что у меня застучали зубы. Трей переводил взгляд с меня на Клэрити, его лицо было искажено болью.
— Все в порядке. Я отвезу ее обратно.
Я удивленно посмотрела на Мака, но он смотрел на Трея.
— Ты останешься с Клэр, — добавил он.
— Спасибо, Мак, — сказал Трей хриплым голосом.
Я попыталась подняться, но у меня подкосились ноги. Мак схватил меня за руку и помог встать. Ему пришлось обхватить меня рукой за ребра и наполовину снести вниз по лестнице, чтобы я не свалилась, как пьяная. Я слышала кашель из нескольких комнат и сделала пометку вернуться позже и проверить других работниц борделя. Они стали чаще обращаться ко мне за помощью, когда были больны или ранены, но многие из них все еще пытались справиться самостоятельно. К тому времени, как мы добрались до Вайолет, у меня подгибались колени, а зрение то появлялось, то исчезало.
— Мак. — Я схватилась за гриву Вайолет для поддержки, когда стояла лицом к ней, дрожа. Я ненавидела просить о помощи, но лошадь внезапно показалась мне невероятно высокой. — Я не думаю, что…Я не смогу…
— Все в порядке, — сказал он спокойным и уверенным голосом. — Ты можешь еще раз наступить мне на руки?
Мне удалось поставить ногу в его руки, и он медленно встал, приподнимая меня, чтобы мне не пришлось так сильно подтягиваться. Весь мир закружился, и на мгновение я подумала, что меня стошнит, но внезапно я оказалась верхом на лошади. Мак подскочил ко мне сзади и снова обнял меня. Слава богам, что он это сделал, потому что, как только Вайолет начала двигаться, я наклонилась вбок и сразу бы упала.
— Все в порядке, — повторил Мак, крепче обнимая меня за талию. — Я держу тебя.
— Извини, если меня стошнит на тебя, — пробормотала я.
Он усмехнулся, или, может быть, мне это только показалось.
— Я справлюсь с этим, Боунс.
Я откинула голову назад, поморщившись, когда она сильно ударилась о его плечо.
— Извини.
— Прекрати извиняться, — сказал он, но в его голосе не было злости.
— Прости, — пробормотала я, закрывая глаза.
Он подвинулся, и одна его рука скользнула под непослушные пряди волос, выбившиеся из моей косы, и прижалась ко лбу.
— Я в порядке. — Я попыталась заверить его, что у меня нет температуры от переутомления.
— Конечно, — сухо сказал он, опуская руку, чтобы обнять меня понадежнее.
— Просто устала. — Мои слова звучали невнятно, как у пьяного.
— Тише.
— Не затыкай меня, — оскорбленно проворчала я.
Мне показалось, что я снова услышала его смешок, когда погрузилась в сон.
Я проснулась от того, что кто-то снимал с меня ботинки. Я резко села, мое сердце екнуло, когда я увидела, что Мак смотрит на меня, подняв брови, одной рукой все еще держа меня за лодыжку.
— Это всего лишь я, Боунс. — Его голос звучал раздраженно. — Не хотел, чтобы ты испачкала грязью свою кровать.
Я лежала на своем матрасе в лечебнице. По привычке я взглянула на чердак и увидел несколько пар маленьких глаз, уставившихся на нас сверху. Они выглядели обеспокоенными.
— Все в порядке, — сказала я им, — возвращайтесь в постель.
Они скрылись из виду. Все, кроме маленькой белокурой головки, которая упрямо не спускала с меня глаз. Эппл так оберегала меня, и я не знала, как с этим справиться. Мак снял мой второй ботинок и пошёл подбросить дров в дровяную печь.
— Эппл, иди обратно спать, — сказала я, натягивая на себя одеяло и снова ложась.