— Какое шоу?
— Боги, ты ведь никогда не присутствовала при вынесении приговора, не так ли?
— О чем, черт возьми, ты говоришь?
Она ухмыльнулась и схватила меня за руку.
— Давай, оно все еще продолжается!
Я позволила ей вытащить меня наружу, на холодный воздух. Мы углубились в южную часть анклава, через трущобы, туда, где я никогда раньше не бывала. Здесь не было жилых домов, только мастерские. Здания были ветхими, и пахло дерьмом, но собралась толпа людей. Гул голосов наполнил воздух, становясь все громче по мере того, как мы приближались к кольцу больших сосен. Ритц подтащила меня к краю толпы, и я в пьяном шоке уставилась на грязную яму, которая появилась перед нами. Внизу стоял гигант, которого я никогда раньше не видела, с обнаженной грудью и потеками крови. Он обменивался ударами с тощим мужчиной, который, казалось, сильно проигрывал.
— Здоровяк — это Бримстоун! — прокричала Ритц мне в ухо, чтобы ее было слышно сквозь толпу.
— А второй? — Крикнула я в ответ.
— Не знаю!
Прежде чем я успела спросить что-то еще, Бримстоун бросился на противника и схватил его за шею. Его мясистые руки скрутились, и прежде чем я успела моргнуть, раздался громкий треск, когда он свернул мужчине шею. Толпа взревела, но я едва слышала это. Я в ужасе уставилась на обмякшее тело, которое Бригстоун небрежно бросил обратно в грязь. Что, черт возьми, это было?
Я хотела спросить Ритц, но она исчезла, поглощенная обезумевшей толпой. Я обернулась, мои глаза метались по сторонам. Через яму от меня несколько мужчин вытащили маленькую девочку из множества клеток. Она кричала и отбивалась, но мужчины, не колеблясь, бросили ее в яму с Бримстоуном. Она приземлилась на четвереньки в грязь, но быстро вскочила и попыталась вскарабкаться на край ямы. Быстрый удар ногой от кого-то, стоявшего на краю, заставил ее соскользнуть обратно на четвереньки. Она повернулась в мою сторону, ее глаза были широко раскрыты и безумны, и ужас захлестнул меня.
Ей не могло быть больше шестнадцати лет. Ее волосы были грубо сбриты с головы, а губа рассечена. Она рыдала, умоляя о помощи, но толпа вокруг меня, черт возьми, смеялась.
— Помогите мне! Пожалуйста! — Я закричала, но единственным ответом был смех охранников снаружи палатки.
— Она ребенок, — сказала я вслух.
— Если они достаточно взрослые, чтобы трахаться, то они достаточно взрослые и для того, чтобы принимать лекарства, — усмехнулся кто-то рядом со мной.
Ярость взревела во мне, горячая и ослепляющая. К черту это. Я подвела Эппл, и я не могла просто стоять здесь и смотреть, как еще одну маленькую девочку обижает гребаный мужчина.
Не надо… — Вольф попытался зарычать.
Я спрыгнула в яму и приземлилась рядом с девушкой, густая кровавая грязь чавкала под моими сапогами. Голова девушки повернулась ко мне, на лице был ужас. Бримстоун скрестил руки на груди, стоя у противоположного края ямы, приподняв брови. Толпа слегка притихла, с интересом наблюдая за происходящим.
— Что это, черт возьми, такое? — Я заорала на великана. — Она же просто ребенок!
Бримстоун усмехнулся мне.
— Убирайся к чертовой матери, Боунс. Ей вынесен приговор.
Я посмотрела на край ямы и увидела придурка-охранника, Лема. Он посмотрел на меня сверху вниз, и я заметила, что клетки, сложенные позади него, были пусты. Девушка, должно быть, была последней.
Я уставилась на него в ответ, ярость и алкоголь бушевали в моей крови.
— Она ребенок!
Девушка вцепилась в мою рубашку ледяными, дрожащими пальцами.
— Пожалуйста, — взмолилась она. — Пожалуйста, помоги мне.
— Боунс! — Заорал Лем. — Убирайся!
В ответ я толкнула девушку себе за спину, наклонилась и вытащила маленький нож из сапога. Я рывком открыла его, не сводя глаз с Бримстоуна.
— Что, черт возьми, с тобой не так? Ты хочешь умереть? — Заорал Лем. — Тебе лучше убираться, пока Бримстоун тебя не убил!
Я не сводила глаз с великана, но, возможно, у меня действительно было желание умереть, потому что я крикнула в ответ:
— Да, и что Мадам сделает с тобой, если он убьет меня?
Бримстоун издал сердитый рык и бросился в атаку. Девушка с душераздирающим криком рванула за мной. Мне удалось увернуться от первого удара гиганта, и я мельком увидела выпученные от страха глаза Лема. Гигант снова атаковал, и я уклонилась, как учил меня Вольф, каким-то образом умудрившись нанести длинную рваную рану его руке своим маленьким ножом. Девушка снова попыталась вскарабкаться по краю ямы, но толпа отбросила ее назад, обезумев от жажды крови.
Бримстоун сделал ложный выпад, и в пьяном угаре я попалась на его удочку. В следующее мгновение я сильно ударилась о землю, в ушах звенело. Прежде чем я успела почувствовать боль, Бримстоун поднял меня за куртку. Он зарычал мне в лицо, и, подпитываемая адреналином и страхом, я взмахнула ножом и вонзила его ему в плечо по самую рукоять. Казалось, он даже не заметил, и мой желудок скрутило от паники. Он швырнул меня обратно в грязь, где я тяжело приземлилась на спину, и пнул ногой в ботинке мне по ребрам. Я попыталась принять оборонительную позу, но он ударил меня кулаком по голове, и яркий белый свет ослепил меня. Он осыпал меня ударами и пинками под рев толпы. В моей руке хрустнула кость, и боль вырвала из меня крик, но он оборвался, когда его руки сомкнулись на моей шее и сжали.
Девушка запрыгнула ему на спину, визжа, как дикая кошка, и вцепилась когтями ему в глаза. Бримстоун отпустил меня достаточно надолго, чтобы стащить ее со своей спины и швырнуть через яму, как куклу. Я не видела, как она приземлилась, потому что он схватил меня за шею и держал. Я царапала его руки той рукой, которая не болталась бесполезно сбоку, но он даже не вздрогнул, когда я пустила кровь. Все, что я могла видеть, это его маленькие глазки-бусинки, наблюдающие, как я задыхаюсь. Черные пятна заплясали перед глазами, и паника охватила меня. Это было оно. Я умирала в этой грязной яме, снова не сумев спасти кого-то.
Эхом раздался выстрел, и Бримстоун отпустил меня, когда кровь брызнула мне в лицо. Я сильно ударилась о землю и легла на спину, жадно глотая воздух, как рыба, а зрение то появлялось, то исчезало. Люди кричали, на заднем плане слышался глухой рев. Я слегка повернула голову и увидела Бримстоуна, скорчившегося в грязи всего в футе от меня. Он уставился на меня мертвыми, пустыми глазами, а из дыры в его голове сочилась кровь. Надо мной возник Лем, ругаясь, его лицо побелело от ужаса. Его глаза метались туда-сюда, а затем он развернулся и побежал.
Я больше никого не видела и не двигалась. Я не была уверенна, что вообще смогу. Ледяная грязь не помогла заглушить боль, пронзавшую все мое тело. Я собрала достаточно сил, чтобы поднять голову и взглянуть на свою руку. Окровавленная кость торчала из кожи моей левой руки.
Я, должно быть, потеряла сознание, потому что в следующий момент я открыла глаза и почувствовала, как на лицо мне падает ледяная смесь слякотного дождя. Меня неудержимо трясло в темноте, и мои волосы разметались вокруг меня, когда яма превратилась в ледяную грязную лужу. Я снова позволила глазам закрыться.
— Боунс!
Я снова открыла глаза, уставившись на склонившееся надо мной избитое и окровавленное лицо.
— Боунс, пожалуйста, не умирай, — закричала девушка. — Что мне делать? Боунс!
— Трей. — Мне едва удалось выдавить это слово. Я не могла держать отяжелевшие веки открытыми.
— Нет, Боунс, пожалуйста, не надо…
Блаженная темнота снова поглотила меня целиком.
Я с криком отшатнулась, когда боль пронзила меня, как молния. Кто-то поднял меня, моя сломанная рука безвольно лежала на животе. Моя голова откинулась назад и легла на крепкую теплую грудь. Я задыхалась сквозь стиснутые зубы, пытаясь сдержать крик боли.
— Держись, дорогая. Я с тобой.
Мне удалось запрокинуть голову, чтобы посмотреть вверх. Ледяная слякоть прилипла к лицу Трея, и эмоции бурлили в его глазах, как буря, когда он смотрел на меня сверху вниз.