— Не истощись, — предупредил Гриз, но я притворилась, что не слышу его.
Мы вышли на улицу и увидели мрачную сцену. Окровавленные тела лежали на снегу, конечности гротескно искривлены. Мне не пришлось далеко ходить, чтобы найти одного еще живого. Незнакомый мне подросток наполовину оттащил свое тело за бочку. Он прижимал окровавленные руки к огнестрельной ране в груди. Его глаза расширились от ужаса, когда он заметил нас, но он не сказал ни слова. Я присела рядом с ним, но Гриз схватил меня за плечо.
— Это один из слуг Мадам, — сказал он тихим голосом.
Я уставилась на мальчика, а он уставился на меня в ответ, его ноздри раздувались, когда он пытался дышать. Я могла чувствовать, как смерть подкрадывается ближе, словно ледяное дыхание на моем затылке.
— Тогда забери его оружие, — сказала я Гризу, когда наклонилась вперед и убрала его руки от раны, заменив их своими.
Мальчик заплакал, когда мои целительные силы потекли в него, восстанавливая его тело. Гриз не пытался остановить меня, он просто отобрал у парня пистолет и несколько ножей.
— Все в порядке, — я надеялась, что это прозвучало утешительно. — С тобой все будет в порядке.
— Прости меня, — всхлипнул он, его худые плечи затряслись.
— Все в порядке, — пробормотала я, наблюдая, как затягивается рана. — Иди домой, хорошо?
Он кивнул. Как только рана зажила, я помогла ему подняться, подхватив его, когда он покачнулся. Он перевел взгляд с меня на Гриза и тяжело сглотнул, его горло перехватило.
— Я просто выполнял приказ, — прошептал он.
Когда он, спотыкаясь, уходил, Гриз пробормотал:
— Я подстрелил его. Он пытался попасть в лечебницу.
Боги, что со мной не так? Я не чувствовала ничего.
Я не ответила, повернувшись и выбрав направление наугад. Мы прошли всего с полдюжины шагов, когда позади нас раздался выстрел, и пуля просвистела у меня над ухом, так близко, что жар от нее коснулся моей кожи. Гриз прижал меня к земле, прикрывая своим телом, когда вокруг нас пролетело еще больше пуль. Он изогнулся, когда мы упали, и открыл ответный огонь. Раздался сдавленный крик, затем наступила тишина. Гриз спрыгнул с меня и бросился к упавшему телу, проверяя пульс. Я с трудом поднялась на ноги и последовала за ним, глядя в мертвые глаза мальчика, которого я только исцелила.
— Боунс! — рявкнул Гриз, вставая и разглядывая меня. — Ты в порядке?
— Он промахнулся, — пробормотала я.
— Должно быть, он выхватил еще один пистолет у одного из убитых. — Глаза Гриза вспыхнули гневом.
Я повернулась и снова двинулась вперед. Я знала, что должна чувствовать гнев или предательство из-за того, что мальчик, которого я только что рискнула спасти, все еще пытался убить меня, но все, что я чувствовала, — это усталость. Гриз шел позади меня, почти навис надо мной, он был так близко.
— Мне очень жаль, Боунс.
Я немного ускорила шаг, надеясь, что он поймет, что я не хочу разговаривать, но он не отставал от меня.
— Ты хороший человек, раз дала ему второй шанс, — произнёс он.
Можно было бы подумать, что я уже усвоила урок: хорошие люди в итоге просто погибают.
— Так поступил бы Трей, — ответила я.
Острая боль прорвалась сквозь оцепенение, и я резко развернулась к нему:
— Не надо.
Он посмотрел на меня сверху вниз, лицо его было серьёзным.
— Он бы не хотел…
Слава богам, в этот момент мы оба одновременно услышали сдавленные рыдания. Я бросилась на звук, убеждая себя, что вовсе не убегаю от того, что Гриз собирался сказать. Проскользнув между зданиями, я увидела мужчину, лежавшего на земле и сжимавшего ногу. Похоже, кому-то удалось разнести ему коленную чашечку. Он повернулся, когда мы приблизились, — и я замерла на месте, узнав Лема. Позади меня остановился и Гриз.
— Боунс, — дрожащим голосом произнёс Лем, — помоги мне. Пожалуйста.
Я смотрела на него, и синяки, которые он оставил на моём лице, будто вспыхнули болью.
— Боунс, пожалуйста, — умолял он.
Он улыбался всё то время, пока избивал меня. Я хорошо знала таких мужчин — тех, кто получал удовольствие, причиняя боль тем, кто слабее. Я не знала всех подробностей того, что он сделал Скай, но после этого она стала бояться почти всех мужчин. И всё же сейчас я не чувствовала ничего. Спустя мгновение я просто развернулась и пошла обратно тем же путём, каким пришла.
— Боунс! — закричал Лем. — Пожалуйста! Я виноват!
— Хочешь, я с ним разберусь? — тихо спросил Гриз, когда я проходила мимо.
— Мне всё равно, — бросила я.
— Боунс! — заорал Лем. — Я виноват! Пожалуйста! Нет, не…
Я вздрогнула от выстрела, но не остановилась.
Я шла вперёд, и все лица сливались в одно пятно. Я исцеляла каждого, кого находила, — за исключением тех, в ком узнавала охранников Мадам: они явно получали удовольствие, причиняя боль другим. Похоже, основные бои теперь шли возле сторожевой башни. Грохот пулемёта отдавался вибрацией в грудной клетке. Я не знала, кто такие эти повстанцы, и не могла понять, на чьей стороне лежит больше мёртвых тел.
Я не стремилась к башне, но, следуя за телами, мы всё ближе и ближе подбирались к ней. Я замерла, когда пули забарабанили по земле вокруг меня. Одна задела руку — и тут же Гриз схватил меня и затащил между зданий. Пока он выглядывал из-за угла и отстреливался, я осмотрела неглубокую рану. Зубами оторвала полоску от рубашки, обмотала руку и сочла это достаточным. Под непрекращающуюся стрельбу я прислонилась к стене здания и закрыла глаза. Усталость накатывала волной, но до полного истощения ещё не дошло. Пока нет.
— Боунс?
Я открыла глаза: ко мне подходил Гриз. Он взял меня за руку, разглядывая кое-как наложенную повязку, и выглядел встревоженным.
— Рука в порядке?
— Всё нормально. Поверхностная.
Он нахмурился:
— Ты на грани истощения?
Я покачала головой, отталкиваясь от стены и игнорируя его острый взгляд. Я думала, он начнёт спорить, но он лишь сказал:
— Держись позади меня.
Мы крались по территории, направляясь к рынку. Ни одно из этих тел уже не дышало. Я старалась не вглядываться в лица, но узнавала людей — тех, кого исцеляла, тех, чьи имена помнила. Когда мы вошли на рынок, какой-то слабый звук из одной из лавок привлёк наше внимание. Я двинулась вперёд, но Гриз схватил меня за руку и оттащил за спину. Я последовала за ним: он приближался к лавке с поднятым оружием. Он шагнул внутрь — и раздался сдавленный крик. Гриз опустил пистолет, глаза его расширились.
— Джакс! — он опустился вниз, скрывшись из виду, и я бросилась в лавку следом за ним.
Гриз опустился на колени рядом с Джаксом, который сидел, привалившись к стенке лавки. Из его плеча сочилась кровь — судя по тому, сколько её было на рубашке и на полу, рана кровоточила уже довольно давно.
— Не пугай меня так, — пробормотал Джакс. — Чуть не пристрелил тебя.
Я бросила взгляд на его руку, лежавшую в грязи и сжимавшую пистолет.
— Прости, парень, — сказал Гриз, оттягивая разорванную рубашку, чтобы разглядеть рану. — Похоже, пуля всё ещё там.
Я присела на корточки, слегка отодвинув Гриза в сторону.
— Боунс? — глаза Джакса расширились, когда он вгляделся в меня. — Твоё лицо…
— Всё в порядке, — перебила я, накладывая ладони на рану на его плече и стараясь не обращать внимания на то, как сильно он напоминает мне Дюна.
— Где Мак? — спросил Гриз.
— На сторожевой башне, — прохрипел Джакс. — Мадам забаррикадировалась в своём кабинете.
Слава богам, пуля не вышла наружу — вероятно, это и спасло ему жизнь, не дав истечь кровью. Сила исцеления согрела мои холодные руки, и я наблюдала, как пуля постепенно проталкивается наружу сквозь кожу Джакса, пока наконец не выпала в грязь. Спустя пару секунд на месте раны остался лишь розовый шрам.