— Вы, случайно, не знаете где?
— Мы не лезли его расспрашивать, — сказала Келли. — Мы были так рады, что с ним все хорошо… Все вышло как нельзя лучше для всех. Саймон мне потом спасибо говорил, что я нашла ему Трэвиса. Очень мягкий человек, никогда никого не обижает… Знаете, а вот теперь я, пожалуй, проголодалась!
Брейкл сказал:
— Ага, обеденный перерыв! Мы бы пригласили вас к столу, сэр, но мы всегда готовим ровно на двоих.
Я приехал обратно в город. У моего дома был припаркован желтый «Фольксваген». Машина пуста, мотор остыл, Альмы Рейнольдс нигде не видно.
Мое упоминание о жемчугах ее матери напугало ее.
Может быть, Робин впустила ее в дом?
Когда я начал подниматься на крыльцо, чей-то голос у меня за спиной сказал:
— Ну вот, теперь я вас преследую!
Она вышла из-за угла моего дома и направилась ко мне. В руках у нее был зеленый виниловый «дипломат». Новенький, только из магазина, с ярлычком, болтающимся на ручке — примерно такой же, как тот, с которым ходит Майло, когда дело об убийстве становится слишком толстым для папки. На ней была клетчатая рубашка, джинсы, тяжелые башмаки. Седые волосы развевались во все стороны. Глаза горели.
— Вот, нате! — сказала она и сунула «дипломат» мне. — Дело окончено!
Я не протянул руки.
Женщина ткнула меня «дипломатом» в грудь.
— Не бойтесь, он не взрывается! Берите, берите.
— Давайте поговорим.
Альма отдернула «дипломат» и расстегнула замки. Внутри были пачки двадцатидолларовых купюр, перетянутые резинками. Поверх денег лежал черный бархатный футляр.
— Плюс эти чертовы жемчуга, — сказала она. — Хватит с вас?
Я спросил:
— Решили облегчить себе жизнь?
— Не вредничайте! Вы этого хотели? Вот, держите!
— Мне были нужны сведения.
— А что, разве вот это не говорит само за себя?
— Оно подразумевает. Давайте вы зайдете ко мне, и мы потолкуем.
— Психотерапия, да? У вас и кушетка есть? На сайте коллегии психотерапевтов этот дом значится как ваш кабинет. Могли бы быть и поосторожнее, раз вы тут живете. А вдруг я социопатка какая-нибудь?
— А что, мне есть чего бояться?
— А то как же! Я вооружена и очень опасна!
Она расхохоталась, вывернула карманы, поставила «дипломат» на землю, подошла к «Фольксвагену», повернулась ко мне спиной и положила руки на капот.
— Так правильно?
— Идемте, — сказал я. — Уделите мне всего несколько минут вашего времени.
Альма выпрямилась и обернулась ко мне. Глаза у нее были на мокром месте.
— Это Сил меня научил. Он привык автоматически занимать такое положение во время митингов. Иногда копы все равно его били. Он был человек принципиальный. И вот к чему это привело. Так что… черт, да с чего мне рассчитывать на что-то хорошее?
— Я уверен, что он был человек твердых принципов. Тем более шокирующе выглядит эта его заначка.
— Послушайте, — сказала она, — вот, я принесла ее вам, все до цента. Руки у меня чисты. Прощайте!
— Давайте уточним несколько моментов, это действительно позволит со всем покончить.
— Это вы так говорите!
— Насколько я вижу, вы и сами человек твердых принципов, — сказал я. — А я вам не враг.
Альма скрестила руки на груди, вытерла глаза и ткнула чемоданчик массивным носком ботинка.
— А, какого черта! Я ж раньше была католичкой. Исповедью больше, исповедью меньше…
Глава 34
Альма Рейнольдс подпрыгнула на моей кушетке и фыркнула.
— У вас действительно есть кушетка! Ах, если б кожа могла говорить…
Я поставил «дипломат» на пол между нами.
— Это еще что, — спросила она, — алтарь вечной истины? Предполагается, что я при виде его сразу расколюсь?
Я отодвинул чемоданчик в сторону.
— Что бы вы себе ни думали, Сил действительно был человек твердых принципов. Может, он и взял деньги, но он их не тратил.
— Полиция прошерстила всю его квартиру. Где вы их нашли?
— А что, это важно?
— Его убили. В этом деле все важно.
— Понятия не имею, почему, но так и быть: у него в машине, вот где. В багажнике, прямо на виду. Я к чему и говорю: это дело не из тех, чего он мог бы стыдиться. Никакой великой тайны тут нету. Люди посылали небольшие денежные вспомоществования, и Сил, вместо того чтобы то и дело мотаться в банк, складывал их, чтобы потом внести сразу все на счет «Спасем Болото».
— Карманные расходы.
— Ага, так вы, значит, все-таки слушали!
— Он вам рассказывал об этих деньгах?
— Нет, но это единственный логичный вариант.
— Сил управлял счетом.