— Хак-то сбежал, лейтенант. И чем больше я об этом думаю, тем больше мне нравится мысль, что в этом замешаны все они.
— Три Мушкетера-Злодея? А зачем тогда Симона наняла Аарона следить за Хаком?
— Они с Уэйром использовали Хака, но с самого начала планировали от него избавиться.
— Слабое звено, — сказал Майло. — Уголовное прошлое, проблемы с наркотиками, ходит по шлюхам… Ну да, все сходится.
Я сказал:
— Убийства проституток заставляют задуматься, не организовали ли эти убийства нарочно, чтобы подставить Хака, раз известно, что он их постоянный клиент.
— Кровь у него в стоке, может, и настоящая, а может оказаться подставной уликой, — сказал Рид. — Но в любом случае от него дурно пахнет.
— Отсюда вытекает новая проблема, — сказал Майло. — Если его рассматривали как расходный материал, дать ему шанс расколоться — очень скверная идея…
Рид уставился на него.
— То есть ему такого шанса не дали, и мы сейчас разыскиваем покойника?
— Или Хак — одинокий маньяк-убийца, а Симона — просто разгневанная девица с патологической склонностью ко лжи.
— А то, что она изрезала семейное фото? Искромсала лицо своего брата? А, док? — спросил Рид.
— Зашкаливающая вспышка гнева. И ее родные исчезли.
— Ладно, — сказал Майло, — давайте предположим пока, что Симона, Уэйр и Хак были заодно. Очевидный мотив — избавиться от Вандеров.
— Мотив на сто миллионов? — спросил Рид. — Да, черт возьми.
— Тогда как сюда вписываются женщины в болоте?
— Ложный след, как уже говорилось раньше, — ответил я. — Если б Вандеров нашли мертвыми без предварительного контекста, это сразу заставило бы обратить внимание на деньги. И на Симону, как единственную выжившую. Но если Хак заранее известен как убийца по сексуальным мотивам, Вандеров могут счесть случайно пострадавшими — жертвами слетевшего с катушек психопата. Это соответствует последовательности преступлений: убийца спрятал остальные трупы, но позаботился о том, чтобы Селену нашли — и ее убийство вывело нас на Вандеров.
— Тот склад, — напомнил Рид. — Настольные игры. С нами и впрямь ведут игру.
Майло сказал:
— Учитывая, что те кости промыты в кислоте и обработаны, видимо, остальные женщины были убиты без спешки. Возможно, тела где-то хранились, а потом были брошены в болото одно за другим.
Рид промолвил:
— Откуда мы знаем, может, они вообще хранились на сухом льду в какой-нибудь ячейке.
Я уточнил:
— Один вопрос: тот лысый злодей. Хак или Уэйр без парика?
— А тебе как кажется? — спросил Майло.
— Не могу решить. Но это совпадение может быть еще одним способом подставить Хака.
— Алекс, Нгуен верно заметил, что лысых сейчас полным-полно. Но чем больше я об этом думаю, тем больше похоже на то, что Хака подставили как минимум отчасти. Если уж он поубивал кучу народу и все это время ему хватало ума не оставлять следов, с чего Хак тогда вдруг сбежал и навлек на себя подозрения?
— Возможно, страх пересилил благоразумие, — предположил я. — Или до него дошло, что Уэйр с Симоной планируют от него избавиться. Поскольку речь шла о таких деньгах, он должен был понимать, что никогда не будет равноправным партнером.
Рид произнес:
— Да, тридцать три миллиона — многовато за мокруху. Но его все устраивает, потому что ему нравится убивать.
— Или потому что его соблазнила Симона.
— Еще один тройничок?
— Почему бы и нет? — хмыкнул я. — Но в конце концов Хак сообразил, что его предназначили в расход, и смылся. Может быть, он каким-то образом пронюхал о расследовании Аарона. Или просто занервничал оттого, что ваше расследование набирало ход.
Майло сказал:
— Симона вывалила все это на Аарона: мол, Хак чрезвычайно странный человек, она его всегда боялась. А Хак, как назло, и в самом деле странноватый.
— Не удивлюсь, если его труп всплывет в точно рассчитанный момент: явное самоубийство с прилагающейся собственноручно написанной записочкой с признанием и указанием места, где зарыты Вандеры. Сразу целая куча дел оказывается закрыта, а Симона станет одной из самых богатых девиц в Лос-Анджелесе.
Майло потер лицо.
— Сто миллионов! Войны начинались из-за меньшего.
Рид фыркнул.
— Если Хак и в самом деле смылся, Уэйр с Симоной сейчас небось с ума сходят.
— Может, — сказал я, — оттого-то Симона и искромсала фотографию?
— Низкая терпимость к разочарованию, — заметил Майло.
— Если это действительно так, они с Уэйром сейчас должны разрабатывать план Б. Избавиться от любых улик, которые свидетельствуют против них, раздуть дело против Хака…