— Не нужно называть меня «мэм», — попросила Симона.
— Итак, Хак интересовался Селеной…
— В физическом смысле. Не то чтобы я видела или слышала, чтобы он говорил или делал что-то нехорошее, но женщина всегда может определить такие вещи. — Она слабо улыбнулась. — По крайней мере, мне кажется, у меня есть чутье.
— Что он делал?
— Смотрел на нее. Ну, понимаете, таким взглядом… С большой буквы «В». — Она подергала себя за прядь волос. — Я не хочу, чтобы у кого-то были неприятности… правду говоря, иногда я чувствовала, что он так же смотрит на меня. Это неважно, Хак никогда не переходил границ, и в обычных обстоятельствах я не стала бы упоминать об этом. Но… когда узнала о том, что случилось — вы ведь не скажете ему, да? — я наняла Аарона.
— Конечно, не скажем, — заверил Рид. — Этот человек вел себя подозрительно, и у вас были все основания для найма сыщика.
Симона вздохнула.
— «Подозрительно» — слишком сильное слово. Не хочу обвинять Трэвиса в чем-либо, но у него есть манера вести себя так, словно он действует… не то чтобы исподтишка, скорее… тайно? Как шпион? — Она нахмурилась, не находя нужных слов.
— Скрытно, — подсказал Майло.
— Да, именно так, скрытно, словно шифруясь. Как будто он все время оглядывается через плечо, и от этого тебе тоже хочется оглянуться, понимаете? Я очень прямолинейный человек… но моему отцу он нравится, а отец отлично умеет вести дела, и кто я такая, чтобы высказывать ему все это?
— Что вашему отцу понравилось в Хаке?
— Он не говорил, но это и так понятно. Вот почему я не стала поднимать шум. Отец хорошо разбирается в людях, отчасти потому добился такого успеха. — Она хмыкнула. — Как вы думаете, кто купил мне этот дом? Я, конечно же, не могла бы на него заработать, и совершенно не собираюсь этого скрывать.
— А чем вы занимаетесь?
— Работаю с детьми. Няня, учительница дошкольных курсов, провожу коррекционное обучение. И… наверное, не следовало бы говорить об этом, но я, как и все остальные, хотела действовать. Однако хотеть — это одно, а сделать — совсем другое. Сейчас я вроде как отдыхаю от работы; может быть, займусь чем-нибудь совершенно иным. В любом случае, папа совсем не такой, каким обычно представляют людей, занимающих столь высокое положение, как он. Он разбирается в людях и доверяет своим инстинктам. И всегда говорит, что предпочитает поверить и разочароваться, чем быть циником. «Циник знает цену всему, но ничего и никого не ценит», — вот его любимая цитата.
— Трэвис Хак пока еще не разочаровал его? — спросил Рид.
— Очевидно, нет, — ответила Симона Вандер. — Может быть, потому, что у Трэвиса нет своей жизни, он всегда под рукой, чтобы исполнить какое-нибудь поручение. Я знаю, что это удобно и отцу, и Надин, но, вероятно, именно это меня беспокоит. Возможно, Трэвис слишком много участвует в жизни их семьи?
Она подалась вперед, сложившись, словно бумажная фигурка-оригами.
— Быть помощником — это не просто работа. Он живет в их доме. — Вздох. — Вот зачем я наняла Аарона — чтобы узнать, есть ли какие-то причины для беспокойства. И вам известно, что он обнаружил. Трэвис убил человека.
Она снова обхватила себя руками.
— Мистер Фокс объяснил вам подробности? — поинтересовался Мо Рид.
— Я знаю, что это была детская потасовка. Но тем не менее человек погиб, а Хак отправился в тюрьму. Я думала об этом вчера вечером, и мне едва удалось заснуть.
Взгляд ее карих глаз обратился на Майло.
— Аарон сказал, что вы всегда доводите следствие до конца, лейтенант. И никогда не сбиваетесь со следа.
Глава 17
Симона Вандер проводила нас до ворот. Майло медленно повел машину вниз по Бенедикт-Кэньон.
— Она знакома с Хаком, — сказал Мо Рид. — Думаю, это смещает акцент на него как на маньяка-одиночку, лейтенант.
Ответом было лишь ворчание.
На Лексингтон-роуд Рид попробовал снова:
— Это не будет проблемой, лейтенант.
— Что не будет?
— Мои отношения с Аароном.
— Я никогда и не считал, что они будут проблемой.
— Она дала нам один ключ: непохоже, чтобы Вандеры бежали от чего-либо. Что мы думаем о тех секс-вечеринках, на которых играла Селена?
— Хороший вопрос.
— Так Вандеры по-прежнему потенциальные подозреваемые?
— Нет причин исключать их. Или кого-либо еще. — Майло улыбнулся. — С альтернативным образом жизни. Было ли это тем, что привело к смерти Селены и других женщин? Да черт его знает.
— Пропажа компьютера Селены свидетельствует, что убийца хотел сохранить что-то в тайне, — напомнил я.