– Риск есть всегда.
– Какого хрена ты творишь? – обеспокоился Дик.
– Я мог бы задать тебе тот же вопрос. Дэвид, ваш выход. Как вы уже должно быть поняли, нам нужно, чтобы в момент взрыва Кейтером последней ракеты из волны, ваша связь со спутником АНК оборвалась. Будет даже лучше, если вы совсем обесточите остров – кто знает, какие системы успели прикупить ваши частные компании.
Дэвид был послушен. Он попрощался с жизнью минут пятнадцать назад, и уже перешёл ту грань стресса, когда уже не до стресса. Когда ты пишешь смски жене и детям (а в его случае и внукам) как много они значили для тебя. Почему-то именно в этот момент ты только это и осознаёшь. А пока Дэвид просветлялся и рос духовно, всё мирское его волновало мало. Единственная мечта его – чтобы эти твари, наконец, покинули его кабинет, и он мог созвониться с родными – только что развеялась прахом. Но и это он принял как должное. Чистой души человек!
Пока связь ещё существовала, Алекстар отправил сообщение с чужого залогиненного зимкора на подобранном коммуникаторе: «Белый свет – это новая надежда для людей». Шифр, который без проблем бы понял адресат.
– Дорогие зрители, выходите на улицу и любуйтесь. Нас только что накрыло облако ядерного взрыва, в первых рядах спутник РС5 засёк картинку катастрофы, комар носа не подточит. Осадки по всем прогнозам минуют Новую Надежду.
– Узел связи отключён, остров обесточен, – в противовес лаконично сообщил Том. Нервы были на пределе у всех, но это не мешало спокойно выполнять свою задачу. Тишина обволакивала кабинет президента. Рация на громкой связи вторила ей. Только через минуту все снова услышали голос Кейтера и замерли в оцепенении.
– Новых атак нет. Кажется, прокатило.
Гул облегчения донёсся из коридора, где толпились работники аппарата президента.
– Ждать и приготовиться, – ответил Алекстар. – Я еду к вам. Дэвид, Том, никаких систем не включать. Дик и Сноут – охраняете.
– Да ты рехнулся, мы не хотим здесь подыхать.
– Никто сегодня не умрёт: у меня есть хороший план, объяснять некогда, – соврал Лекс.
Выйдя на улицу, он прыгнул к ожидавшему таксисту, скомандовав обратно к порту. Солнца, ещё недавно так любившего остров, не было и следа.
– Долго что-то вы. Ждали когда «распогодится»? – улыбнулся таксист, указывая на небо.
– Помнишь, ты говорил про жвачку? – не торопясь, отреагировал офицер. – Ты был прав.
– А вы, стало быть, повстанцы?
– И в этом тоже.
Таксист достал из бардачка тридцатку и протянул офицеру, но тот, отмахнувшись от свёртка, отвернулся к окну и заговорил в рацию.
– Кейтер, ты можешь восстановить маяк сопряжения?
– В теории да, но…
– Отлично. Подготовь мне прямой канал с центром управления, и чтобы ни одой молекулы больше на нём не было.
– По нам больше не стреляют. Вероятно, они поверили, что попали.
– Вероятно. Но это ненадолго.
– Нам хватит времени уйти, нас сейчас заправляют.
– Кейт, открой карту, нам некуда больше идти. Ты не сможешь вечно убегать от их спутников и беспилотников, у тебя банально соляры не хватит! Только на это раз заправляться будет уже негде.
– Я так понимаю это приказ, «капитан»?
– Если у тебя сложности с экипажем, то да, а если ты лично с ним не согласен, то лучше тебе уплывать до моего возвращения на корабль.
– Вас понял, капитан Райт, конец связи.
Кейтер оговорился не случайно. Матросы, бывало, оговаривались по привычке, но не мичман, прослуживший с ним бок о бок три года.
– Я могу вас отвезти в порт более короткой дорогой, – показал своё участие таксист, – можно срезать через холмы, так не самое безопасное…
– Не надо, – перебил его пассажир. – Спасибо, я всё понимаю, но не надо. Мне нужно это время, чтобы подумать. За своё недолгое командование, я понял, что самое сложное в трудном выборе – взять ответственность на себя. На это способны только безумцы и попавшие в безвыходное положение. Ни тем, ни другим Кейтер не является.
Конечно, Лекс судил по себе. Со дня восстания ещё не было ночи, чтобы ему не снились кошмары с капитаном Райтом. Кошмары, в которых горит Райт, взрывается Райт, и тонут останки Райта. Сегодня под утро, как раз Райта разрезали на десять частей и по отдельности скормили акулам. Ничего более жестокого Алекстар и представить себе не мог. Если бы они убили его так на самом деле, он бы никогда не стал их командиром. Но там, во сне… он поступил так же, как и в жизни.
Нам всем пришли сообщения. Мы знали, что творится на площади. Но мы – флот – морской щит страны, мы подолгу плавали вместе вдалеке от дома, вместе претерпевали одни лишения, и были наименее агрессивно настроены к нашим изменённым. Мы просто хотели, чтобы это всё закончилось. Мы были преданы правительству, но до боли в подложке боялись, что нас заставят участвовать. И вот Райту поступил приказ. Мы должны были приплыть к Касатам и принять участие в подавлении восстания. Он сообщил мне об этом лично. Этим он хотел показать, что ему не всё равно, и он понимает, как непросто нам будет исполнить этот приказ. Но я должен думать о своей карьере и не впутаться в глупости, особенно там, на земле, что бы я не увидел. И я, как исполнительный военный, прямо повинуюсь приказу старшего – думать.