— Логично, — согласился Даррен.
— Даже в лесу нет покоя от людей. И рады бы дел с ними не иметь, так ведь лезут же сами. А потом орут – ой, спасите-помогите, злой оборотень напал. А тебе бы понравилось, когда приходят к тебе в дом и с детей шкуры снимают? — глаза Ниммы наполнились слезами, губы дрожали.
Даррен, не зная, что делать, робко погладил её по руке – прикосновение обожгло, кожа Ниммы оказалась горячее человеческой. Мелькнула мысль, что ей должны быть неприятны его ледяные пальцы. Он поспешно отдёрнул руку.
Кожа девушки покрылась мурашками, но она благодарно улыбнулась ему.
— Ничего, — слёзы мгновенно высохли, лицо озарила улыбка. — Скоро мы уйдём в Арденский Лес.
— Эльфы позвали вас к себе? — удивился Даррен.
— Морион хороший, — мечтательно мягким голосом ответила Нимма.
— Да? — скептически приподнял брови Даррен, припомнив прочитанную в детстве книгу о Милигетских Войнах, в которой эльфы Арденского Леса описывались далеко не милыми ребятами.
Летописец утверждал, что десять лет назад они вырезали поголовно несколько деревень в Долине Неметона, и не просто убили, а выпотрошили жителей и развесили на деревьях. Абсолютно всех, включая беременных женщин и младенцев. После чего имперские войска были вынуждены войти в Лес.
В ответ глаза Ниммы гневно сверкнули и Даррен, мысленно хмыкнув, поспешил перевести разговор в менее опасное русло:
— Скажи, Нимма, что за дело у Урсуса к нам?
Та помялась, но всё же ответила, понизив голос, и кивнула в сторону пса, дремлющего возле очага, уткнув нос в вытянутые передние лапы:
— Сынишка Кана пропал.
— И Урсус хочет, чтобы мы нашли его?
— Твоя добыча ждёт на заднем дворе, — послышался голос Амины.
Даррен обернулся. Похоже, охота удалась. Амина снова стала красоткой, даже румянец на щеках появился. Он поспешил выйти во двор, вдруг ощутив, что по-прежнему жутко голоден.
Пойманный Аминой бездушный оказался тощим и совсем юным, почти ребёнком. Оглушённый, не понимающий, что происходит, он испуганно вжался спиной в угол, заставленный ящиками, и казался трогательно беззащитным. Даррен, остро презирая себя за то, что приходится делать, убил его одним укусом. Бездушный не успел много нагрешить: насыщаясь, Даррен «пережил» несколько мелких краж и одну крупную, со взломом и убийством. Но, несомненно, пополнение списка было лишь вопросом времени, и это несколько успокоило Даррена.
Осушив бездушного, он поспешил вернуться, опасаясь пропустить разговор Урсуса и Амины.
— Подытожим, — Голос Амины звучал бесстрастно. — Кан оставил своего щенка без присмотра, его поймали, и посадили на цепь в Вольном Городе. Так и в чём сложность? Сами не можете его спасти?
— Ус-стал, — сказал Урсус, придерживая рукой дрожащую челюсть. — Ним-ма-ты-ска-жи.
— Лина нет там уже, — Нимма вздохнула. — Эрл Эркин взял выкуп, но даже не сказал, кому продал. Посмеялся над Урсусом, мол, он заплатил за его молчание. И прогнал со словами: «Радуйся, что магам тебя не сдал».
— Какая прелесть, — язвительно заметила Амина. - Беспомощные оборотни. Кан, даже не дыши в мою сторону и не смотри на меня.
— Мы пытались найти Лина по запаху, дошли до Храмового Города, а туда нам ходу нет. Слишком много серебра и магии, — продолжила Нимма. — И нет времени на поиски, через пять дней уходит наш корабль в Беотию. Мы отдали почти всё за него, не уплывём сейчас, другого случая не будет.
— Мои услуги стоят недёшево, Урсус, — холодно улыбнулась Амина. — Чем заплатишь?
— Эт-тим, — Урсус разжал лапищу и показал изумрудный игральный кубик. Даррен едва удержался от восхищённого возгласа, оценив величину и чистоту камня, казалось, сияющего изнутри.
— Откуда он у тебя? — Амина вся подобралась, едва скрывая удивление. — Это же одна из Костей Судьбы?
— Пра-пра-был-зве-руш-кой-Эс-ме-сто-ро-жил-пор-вал-цепь-и-сбе-жал.
— Он прихватил только один камень?
— Д-два. Но-у-ме-ня-ос-тал-ся-о-дин. Сап-фир-от-дал-Эр-ки-ну. Возь-ми, — Урсус протянул Амине изумруд. — При-ве-ди-впорт-че-рез-пять-дней. Ко-рабль-Ры-жий-Со-кол.
— Хорошо, — кивнула Амина, пряча камень за корсаж. — Обещаю.