Комментарий к Глава 12
Глава наконец-то закончена, это было долго.
Напоминаю, что в конце второй и третьей главы есть официальные дизайны персонажей :3
Боже, кто этот человек, который указал на такое количество ошибок в предыдущих главах? Я не знаю, кто ты, но спасибо большое, ты чудо))
(Ник я не запомнила т.к. ржала с того, насколько часто я совершаю одни и те же ошибки хд)
Также, из-за этого случая я решила, что мне, возможно, нужна бета ._.
(Но это не точно, я еще буду думать над этим)
========== Глава 13 ==========
Комментарий к Глава 13
Но он скучает по своему другу.
Пират закрывает глаза, чувствуя знакомое дуновение ветра – единственного постоянного спутника в его жизни.
Он хочет летать.
Но все, что он делает, это падает.
(Предупреждения к этой главе: Панические атаки и их детальное описание, чувство вины выжившего, суицидальные мысли, упоминание прошлых смертей персонажей, дипрессия)
Стеклышко, мое стеклышко…
В ту же секунду, как за ним закрывается дверь, Техноблэйд рушится.
Он опускается на матрас, обхватив голову руками, и изо всех сил пытается подавить рыдания, расцветающие в груди. Раскаленный добела гнев, который он раньше чувствовал, полностью исчез, оставив лишь ощущение пустоты. Холодный металл протеза прижимается к его лицу вместе с огрубевшей кожей другой руки, и это ощущение просто тошнотворное. Он ненавидит то, что не может почувствовать, ненавидит то, как железо трется о щеку, ненавидит то, что оно постоянно напоминает ему о том, кого он потерял.
Хруст.
Техноблэйд заглушает крик сквозь стиснутые зубы, когда его протез врезается в стену. Как и ожидалось, боли нет, за исключением внезапного толчка в основании руки, который, словно молния, поразил ослабленные нервы. Нет знакомой сокрушительной боли суставов пальцев о дерево, нет синяков или трещин на коже, которые могли доставить удовольствие.
Ничего.
- Черт побери. – Хрипит он, свернувшись клубком на полу, сидя, обхватив ноги руками. Все его тело дрожит, в горле ком. В ушах звучит отвратительный звон, и он чувствует головокружение – он дезориентирован. Его эмоции настолько беспорядочные, настолько запутанные, что он не может понять, что происходит, утопая в панике, злости и страхе. Раньше Техноблэйд никогда не чувствовал себя настолько неуправляемо. Ощущение, что все крутится по спирали, скользит, утягивая его, не давая ни за что схватиться, и он ненавидит каждую секунду. Он, черт возьми, капитан, ну или был им – сейчас уже вряд ли, потому что он свернулся на кровати, как ребенок, после того, как обрушил на своего лучшего друга дюжину жестоких слов, которые никогда не считал правдой. Он разваливается по швам – падает и умирает в одиночестве.
- Боги. – Выдыхает Техноблэйд. Его живая рука запутывается в волосах и тянет, пока металлический протез заглушает крик. Ему нужно держаться. Он не может позволить себе сейчас развалиться. Ему нужно собраться, собраться с мыслями – исправить то, что он натворил. Каждый раз, когда он закрывает глаза, он видит лицо Фила. Широкие голубые глаза, наполненные невыразимой печалью и болью – болью, которую он сам же причинил, своими резкими, едкими, жестокими словами. Он сказал так много всего, что на самом деле не имел в виду – так много всего, просто из-за отсутствия контроля. Боги, он заставил Фила плакать. Он загнал друга в угол, нечаянно погрузил его в кошмар. Он раскрыл тайну Фила, а затем оставил его в одиночестве разбираться с последствиями. Он чувствует себя чистым чудовищем, потому что использовал прошлое Фила как оружие.
Ему нужно это исправить. Нужно все исправить. Но гнев мешает, потому что Фил тоже сказал ужасные вещи – слова, которые пронзили его не хуже лезвия – слова, от которых перехватило дыхание, оставив в душе ноющую пустоту. Техноблэйд забыл, насколько больно может быть от слов Фила – со временем их дружба изменила их общение, превратив все в более дружелюбное и игривое. Он потерял осторожность и пострадал от последствий.
- Может, тебе стоило затонуть со своим кораблем, приятель.
У Техноблэйда сбивается дыхание. Руки по-прежнему дрожат. Кажется, даже сама кровь застыла.
Он не может дышать. В легких есть воздух, но он не может дышать. Как будто он снова тонет, отчаянно хватаясь за все, но ничего не выходит. Воды нет, но та же тяжесть давит на него, знакомая тьма сгущается по краям зрения. Его пальцы тянутся к чему-то – к чему угодно, что смогло бы заземлить его. Он тонет. Он тонет на суше и это ужасно, потому что на этот раз нет Ангела, который вытащил бы его из ада. Это пугает.
Слышен мягкий скрип. Дверь распахивается.
Вздох. Тихие шаги.
Тонкие пальцы обхватывают его спину и тянут.
Техноблэйд утыкается в чужое плечо, взгляд частично закрывают нежно-розовые волосы. Руки осторожно обнимают его, прижимая. Он вдыхает сладкий запах свежеиспеченного хлеба и медленно начинает успокаиваться.
- …но? Техно, ты меня слышишь?
Ники.
Он пытается заговорить, но все, что выходит – тихий, задыхающийся звук. Это унизительно, но Ники не издевается и не ругает его за слабость, вместо этого просто крепче обнимая. Пальцы рулевой медленно гладят его по волосам. Он пытается сдержать всхлип, но безуспешно, зарываясь носом в блузку девушки. Ники кладет подбородок ему на плечо, и Техно внезапно чувствует себя в безопасности.
- О, Техноблэйд. – Говорит она печально, но, к счастью капитана, без жалости в голосе. – Прости, что мы не заметили этого раньше.
- Заметили…? – Дыхание Техно прерывистое, на полпути между икотой и всхлипом. Его голос искаженный и никаких признаков самообладания. – Заметили что?
- Тебе больно.
- Мне не…? – Он прерывается. Его протест внезапно теряет силу, потому что, может быть, так оно и есть. Может быть, эта боль в груди не просто физическая. Глаза Техноблэйда горят, дышать по-прежнему тяжело. Старые флотские мантры нарастают в голове, крича – постоянное напоминание о необходимости быть сильным, подавлять, скрывать каждое крошечное проявление слабости, чтобы другие не могли воспользоваться этим. Они громкие и болезненные, но Ники тихо, нежно говорит ровные, успокаивающие слова, за которые Техноблэйд цепляется, как за спасательный трос. Вскоре, он может разобрать ее тихое бормотание.
- …дет хорошо, ты будешь в порядке. Просто дыши со мной, хорошо, Техно? Ты отлично справляешься.
Он подчиняется, с большим усилием делая дрожащие вдохи. Ники терпеливо успокаивает его, и через несколько минут дымка перед глазами, наконец, рассеивается.
Произошедшее сделало Техноблэйда шатким и слабым, но девушка остается рядом.
- Почему… почему ты здесь? – Он умудряется сдерживать рваные всхлипы.
- Не думаю, что тебе сейчас надо оставаться в одиночестве. То, что ты сказал… мне просто кажется, что прямо сейчас тебе кто-нибудь нужен. – А потом она улыбается. – Я здесь, Техно. Если хочешь поговорить.
Он сглатывает, опустив голову, разрываясь между чувством вины и благодарности.
- Я не… - Выдыхает он, когда боль в груди притупляется, позволяя дышать самостоятельно. – Я не это имел в виду. Этого не… этого не должно было случиться. – Он не понимает, о чем говорит – о своем приступе или споре, но Ники лишь грустно улыбается, обнимая его.
- Я знаю, Техно.
- Мне очень жаль. – Просто говорит он, ненавидя, как в горле образовывается ком. Он зря тратит ее время, удерживая ее от обязанностей, и он так много сказал – так много всего, что причинило ей боль. И, тем не менее, она беспокоится о нем и заботится. Это спутывает мысли, смешивает эмоции в нечто непонятное. Никогда раньше он не выпускал все это – никогда полностью не снимал маску холодного безразличия, а теперь он просто не может остановить это.
- Я прощаю тебя. – Говорит Ники со слабой улыбкой. – Но только за то, что ты сказал, а не за твое состояние сейчас. Тебе не нужно извиняться за это.
- Но я…
- Тебе больно, Техно. И что-то мне подсказывает, что тебе уже какое-то время больно. – Ее рука в его волосах замирает, позволяя отстраниться. Глаза Ники мягкие, теплые и полные сострадания. Именно тогда Техноблэйд понимает, насколько она должна действительно заботится о нем, чтобы сидеть рядом даже после того, что он сделал, после того, как он причинил ей боль. Именно тогда он понимает, что, несмотря на его ошибки, она здесь. Несмотря на его недостатки, его не бросают. Несмотря ни на что, она до сих пор считает его другом.