Гетен взглянул на Галину. Она кивнула, и он сказал:
— С радостью. Мы можем позволить тихую ночь перед долгим боем.
— Diolk, — поблагодарил его Зелал.
— Kroisol, fee braud, — ответил Гетен, обнял брата.
ПЯТЬ
— Все еще злишься на меня? — спросил Таксин, выходя из-за изгиба стены цитадели и останавливаясь на пороге кухни.
— Нет, — Галина схватила его за бороду и потянула. — Ты заслужил мое прощение, старик, — она нежно шлепнула его по щеке. Она ждала, пока Гетен доставлял послание Зелала Церис в главном зале.
Таксин прошел в комнату, опустился на колено и склонил голову.
— Моя королева, — сказал он.
Галина зашипела.
— Нет, — она шлепнула его уже не нежно. — Встань. У тебя есть король. Я не буду биться с братом за трон Урсинума.
Он выдерживал ее взгляд, встал без извинений или неуверенности в глазах.
— Я понимаю твое нежелание, но ты видишь, что суждениям короля Илькера нельзя доверять. Он подверг опасности Урсинум и союзников.
— Это не значит, что его нельзя заставить увидеть реальность.
Таксин потер затылок костяшками.
— Ты идешь в ловушку Валдрама, и твой брат — наживка.
— Да, но я иду с открытыми глазами, мечом в руке и магом солнца рядом.
Марья стояла у рукомойника и чистила фрукты.
— Валдрам не думает, что ты будешь биться с Илькером.
— Значит, он меня не знает, и мой брат — идиот, — Галина взяла один сладкий желтый фрукт. — Я сделаю, что должна, чтобы защитить Кворегну от Валдрама. Даже если придется убить дурака-брата на поле боя. Но Илькер отступит. Он никогда не мог сравниться со мной в бою.
Принцесса Фэдерика спустилась по лестнице слуг с сонным Элофом.
— И я не отступлю, брат или нет, — добавила Галина. — Слишком много невинных жизней нужно защитить, — она поманила к себе будущую королеву Налвики.
— Я рада, что вы вернулись, леди Риш. Вы надолго? — спросила Фэдди.
— Нет. Утром лорд Риш и я отправимся в Ор-Хали, чтобы обсудить альянс. Нам нужна большая армия, чтобы остановить твоего отца и моего брата от второй Войны ветров. Одруна и Марья останутся защищать тебя. Таксин будет защищать королеву Церис и принца Герезеля. Но мы вернемся как можно скорее.
— Я могу поехать с вами? — она посмотрела в глаза Галины. — Вы обещали, что научите меня дипломатии и бою.
— Научу, когда вернусь. Но я не возьму тебя в сердце растущего конфликта, ваше высочество.
Элоф зевнул и почесал растрепанную голову.
— Все хорошо, Фэдди. Может помочь мне тренироваться с магией, а я помогу тебе учиться сражаться.
— Что ты знаешь о сражении? — спросила она, посмотрев на него свысока.
Мальчик выпятил подбородок с вызовом в серых глазах.
— Я знаю, как бить парня по паху.
Фэдди захихикала.
— Хорошо. Только не бей меня.
— Ты же не парень, — серьезно отметил Элоф. Галина, Марья и Таксин рассмеялись.
Галина взяла маленькую книгу в кожаном переплете с кухонного стола и отдала мальчику.
— Твой наставник хочет, чтобы ты изучил это. Он проверит тебя, когда вернется, и ждет, что ты прочтешь всю книгу.
Элоф взял ее, глаза были как блюдца.
— Но я плохо читаю, леди Риш.
— Я тебе помогу, — вызвалась Фэдди.
— Правда?
— Конечно. И ты сможешь быть моим придворным магом.
Галина прикусила язык. Это не произойдет. Соглашение в конце Войны ветров запретило Налвике нанимать придворных магов. Это была еще одна причина, по которой ложь Валдрама и нападения были такими наглыми.
— Продолжайте, — сказала Марья, — начинайте день. Одруна отругает вас, если не сделаете все по графику, — она прогнала их во двор и добавила. — Не давайте скорваланцам повод наказывать, — дети отправились к конюшне с воительницей за ними.
Голос Церис донесся из главного зала:
— Тут слишком тесно. И где твои слуги? Герезелю нужна няня. Солдатам не хватает бараков. Они не могут спать в башне с нами. Кухня крохотная, повар не сможет приготовить нормальную еду.
Вдали от власти ее мужа, юная бесеранская королева не скрывала свое недовольство, особенно от Гетена. Было видно ее неопытность, и это было неприятно.
Таксин с тревогой переглянулся с Галиной и ушел во двор.
— Трус, — буркнула она. Он отмахнулся. Она схватила горсть фруктов, которые Марья оставила на столе, и прошла в главный зал. Гетен и Церис не заметили ее, она прислонилась к прохладной белой стене и ела, чтобы не убить жену Зелала острым языком.
— Я понимаю, что вы тут живете, лорд Риш, — продолжила королева, — но вы выбрали уединенную жизнь, — она прижала ладонь к груди и сказала, — я — нет, — она указала на комнату, сын спал у ее плеча. — Вся ваша крепость меньше моих покоев! — Церис смотрела на главный зал со смесью ужаса и недовольства на милом лице.