– Иногда мне кажется, что я занимаюсь не тем делом, – сказал парень, сбрасывая в воду очередной мешок. – А ведь у меня есть образование, руки целы, как и ноги. Мог бы строить дома или заниматься ремонтом.
– У тебя для этого слишком длинный язык, Вил, – прервал говорившего Фрэнк, выбрасывая бычок сигареты к стремительно тонущему мешку. – Продолжай стараться в том же духе и в следующий раз твой язык не будут использовать в качестве пепельницы.
Мельком взглянув на хмурого Фрэнка, который уже не первый час переписывался с кем-то по телефону, Вильям мысленно пропустил мимо ушей выпад мужчины и взялся за следующий мешок. Вскоре яхта неторопливо тронулась, и когда отплыла на приличное расстояние, он перекинул последний мешок через перила и сбросил в воду.
Дело сделано. Чисто и без последствий – как обычно.
Босс будет доволен.
– Возвращаемся, – коротко бросил Фрэнк и скрылся в кабине капитана.
Таким хмурым парень мужчину еще не видел. Если не считать того случая, когда они во время очередной вылазки на озеро на обратном пути не вписались в поворот и оставили в корпусе яхты царапину в два метра толщиной с кулак. Да он и сам боялся, что в его заднице окажется как минимум гиря или ботинок, но тогда Фрэнк взял его вину на себя и сам отчитался перед боссом.
На этот раз они причалили без проблем, а когда подошли к берегу, их встретили на трех тонированных внедорожниках. Светить фарами и привлекать лишнее внимание было ни к чему, потому что этой ночью они явно не занимались благотворительностью, о которой могли узнать прохожие.
– Все сделано, – сказал Фрэнк вышедшему из одной из машин, после чего сел на пассажирское сидение. – Заедем по пути в «Зодиак», лично доложим обстановку.
Повторять дважды не пришлось. Автомобиль утробно зарычал, а когда они тронулись с места, все облегченно выдохнули. Чем дальше они отъезжали от берегов Мичигана, тем ровнее становилось их дыхание. Хоть это и было для них не ново, но каждый раз для них был как первый. Эмоции были на грани, сердце учащенно билось, кожа покрывалась мурашками от возбуждения, а шестое чувство постоянно шептало на ухо обернуться, присмотреться и проверить, не наблюдает ли за ними кто.
В этот раз им пришлось уехать далеко за пределы Чикаго, потому что дважды в одном месте следить было опасно и опрометчиво. Чуть более трех часов им пришлось потратить только на дорогу до места назначения и обратно, но оно того стоило. Несмотря на то, что их руки были по локоть в крови, никто не догадался бы показать на них за это пальцем.
Прибавив звук музыки на приборной панели, Фрэнк с удовольствием отметил, что по радио крутили музыку девяностых. «Another Day In Paradise» Фила Коллинза наполнила салон автомобиля спокойной мелодией, а нога мужчина сама по себе начала отбивать такт музыке. Его самое любимое и безбашенное время, где не было места мечтам и спокойствию, а он, чет возьми, идеально вписывался в ту обстановку криминала и жестокости девяностых.
По сей день ничего не изменилось. Он стал тем, кем было суждено, а его навыки пригодились определенным людям. Такие как он не знали, что такое добро и как его совершать. Он – самая настоящая противоположность этому дерьму.
Удобнее откинувшись на спинку кожаного сидения, мужчина прикрыл глаза в надежде, что хотя бы полтора часа его ничто не будет тревожить, но стоило ему на мгновение забыть о насущных делах и проблемах, как больное плечо дало о себе знать. Еще несколько часов назад он терпеливо ждал, пока хрупкая девушка с глазами как у олененка закончит безжалостно набивать ему тату, но чем дольше он сидел, тем нестерпимее была боль. Но он не смел показать это.
Но сейчас он все еще чувствовал ее. Не такую, как до этого, но все же расслабиться просто так ему не удастся еще как минимум до утра.
Он не просто так велел водители держать курс на «Зодиак». Для таких как он подобные заведения были лучше любого психолога. Реки алкоголя и доступные распутные девушки могли помочь ему расслабиться и забыть о боли и о сегодняшних делах.
В его голове в последнее время скопилось слишком много дерьма, которое в любой момент могло дать о себе знать.
Чем ближе к центру Чикаго они приближались, тем ярче огни освещали ночной город, а звезды – их единственные свидетели, терялись в небе. На телефон Фрэнку пришло очередное сообщение, на что он лишь ухмыльнулся и продолжил следить за дорогой через лобовое стекло.