Там, где я только что стоял, воздух расколола молния. Ослепительно-белая дуга прочертила пространство, оставляя за собой терпкий запах озона. Грохот ударил по ушам так, что сердце пропустило удар.
Вторая молния полыхнула справа, третья — слева. Комната наполнилась разрядами и вспышками. Я бросился назад и прыгнул. Локти врезались в оконную раму, дерево треснуло, стекло разлетелось острыми осколками. Миг я парил над землёй, а затем началось моё превращение. Вместо рук распахнулись крылья, подхватывая потоки воздуха.
Я почти забыл, что Рогнер был не просто главой Дома, но и стихийником высшего порядка. В замкнутом пространстве, среди каменных стен, биться с опытным магом было тяжело.
И всё же я не мог отступить. Не сейчас, когда шанс избавиться от него был так близко. Я взлетел выше и заметил очередное приоткрытое окно на втором этаже. Сложил крылья и нырнул к нему как стрела, выпущенная из лука. В последний момент погасил скорость и проскользнул в узкую щель между створками.
Комната встретила меня полумраком и запахом старых фолиантов. Это была не спальня, а кабинет: вдоль стен тянулись бесконечные ряды книжных полок, у дальней стены возвышался массивный дубовый стол, а каменный пол устилали толстые ковры.
Вернувшись в человеческий облик, я прислушался. Тишину разорвали далёкие крики — тревога поднята. У меня было совсем немного времени, прежде чем коридоры наполнятся стражей. Я скользнул к массивной двери, потянул за ручку и ощутил сопротивление петель. Дверь подалась с предательским скрипом, и в тот же миг молния расколола дерево.
Набрав полные лёгкие воздуха, я одним движением выпрыгнул в коридор, перекатившись по холодному камню. Пространство вспыхнуло ослепительным светом — Рогнер выпустил сразу две молнии, но я был уже не там, где он ожидал.
Я увидел его в десятках метрах впереди. Бросился к нему, двигаясь рваным зигзагом. Молния ударила совсем рядом, заставив резко сменить направление.
Расстояние между нами сокращалось. Внезапно я увидел, как изменился воздух вокруг Рогнера — лёгкое искажение, почти незаметное дрожание, выдающее силу стихийного заклинания. Я был готов: едва почувствовав первое давление воздуха на коже, метнулся к стене и намертво вцепился в каменный выступ.
Яростный вихрь обрушился на коридор. Масляные светильники тут же попадали на пол, стало темно. Ветер какое-то время ревел вокруг меня, пытаясь оторвать от спасительного выступа, а потом резко стих.
Оттолкнувшись, я прыгнул. До Рогнера оставались считанные шаги, когда воздух вновь сгустился. Но теперь что-то было иначе. Меня подхватил вихрь такой силы, что сопротивление стало бессмысленным. Поток воздуха ударил снизу, подбросив тело, словно сухой лист. Рогнер упал на пол, и меня пронесло над ним далеко вперёд.
Болезненно приземлившись, я прокатился по полу и врезался в стену. Вдруг раздался голос:
— Рогнер, замри!
В следующую секунду в мою сторону понёсся огненный вал. Пламя с неестественной скоростью заполняло всё пространство, пожирая воздух, превращая коридор в огненную печь. Я кинулся в сторону — туда, где должна быть дверь. Однако огонь оказался быстрее: волна пламени накрыла меня целиком.
В первый миг я не почувствовал ничего, кроме раскалённого дыхания стихии, а затем пришла боль. Защитный знак Имгли на моём теле продержался жалкий миг. Огонь жадно пожирал волосы и кожу, каждый нерв превратился в раскалённую проволоку.
Сквозь огненную пелену я различил дверной проём. Собрав остатки сил, бросился к нему. Я врезался в дверь всем телом, чувствуя, как она поддаётся под моим весом и силой Нэйтаара. Пламя прорвалось следом за мной, и я метнулся к стене, направив потоки целительской энергии во все участки тела.
Судорожно вздохнул, когда первая волна боли отступила. Воздух, наполняющий лёгкие, больше не обжигал, и это ощущение было подобно глотку ледяной воды в пустыне. Сознание прояснилось достаточно, чтобы я смог оценить ситуацию и понять очевидное: этот огонь создал не обычный маг. Такой мощью мог обладать лишь один человек — Адам Холебнеф, Верховный маг Оикхелда. Та женщина в холле… Она упоминала, что Рогнер отправился к нему с визитом. Значит, он вернулся сюда не один.
Огненный шторм прекратился так же внезапно, как начался. За дверью раздался исступлённый крик Рогнера:
— Где его останки⁈ Где он⁈
Медлить было нельзя. Я попытался встать и неожиданно понял, что моё тело мне не повинуется. Словно невидимые цепи сковали каждую мышцу, каждый сустав. Я не мог шевельнуть даже пальцем.