Брайар едва это заметила. Ее внимание было приковано совсем к другой точке — ремешкам на голове некоего подвыпившего мужчины с притупленным чувством самосохранения.
— Стойте, — сказала она Люси.
— Слышу тебя, девочка! — откликнулась та. — Я здесь.
— Нет. Я не о том. Стойте… не подходите.
Брайар провела по его затылку ладонью, и все стало ясно: вот сломанная пряжка, а вот болтается ремешок, который должен бы плотно прижимать маску к лицу.
Хэнк похрипывал, легонько ударяя головой о ее туловище. Он все крепче и крепче сжимал ее кисть, потом уже всю руку, а потом взялся за талию и стал подтягивать к себе.
Опомнившись, Брайар подсунула под него винтовку и отпихнула прочь.
Люси присела рядом на корточки и потянулась к нему:
— Хэнк, да неужто ты так натрескался, что пристаешь к нашей гостье?
Однако Брайар перехватила ее руку на полпути:
— Не надо. — Поднявшись, она отвела Люси подальше. — Не надо, Люси. У него слетела маска. Он этим дышал.
— О господи! Господи, господи!
— Да что у вас там творится?
— Идите дальше, — ответила барменша. — Мы вас догоним.
— Ну уж нет, — буркнул Свакхаммер, и шорох брони засвидетельствовал, что он развернулся и спешит к ним.
Люси не сдавалась:
— Мы прямо позади вас. А ну-ка, уводи остальных.
Последнюю фразу она произнесла скороговоркой, потому что Хэнк встал с мостовой и потихоньку разгибался.
Брайар тоже глядела на него. Тень в двух шагах от нее неохотно распрямила спину и вздрогнула.
— Слишком быстро, — сказала она самой себе. Или, может быть, Люси. — Он не должен меняться так быстро. На это уходит несколько дней.
— Уходило раньше. Сейчас уже нет.
Хэнк просто стоял, не делая попыток приблизиться, и их обеих точно парализовало.
— Люси, что нам делать? — просочился сквозь фильтры голос Брайар.
— Придется его пристрелить. Прости, — бросила ему барменша.
А может, Брайар лишь обманывала себя, что это слово предназначалось новоявленному трухляку, шарившему перед собой костлявыми руками.
Подцепив винтовку локтем, она крепко сжала ее в руках. Существо, еще недавно звавшееся Хэнком, было едва различимо во тьме, поэтому она дождалась очередного бульканья и лишь тогда прицелилась.
Выстрел сшиб его с ног. А вот убил ли, Брайар не знала и знать не хотела. Люси, кажется, ее поддерживала.
Барменша схватилась за ствол «спенсера» и потащила Брайар прочь. Через пару шагов они налетели на стену, которой держались от самой аптеки, и снова к ней прилипли, так тяжело дыша, что найти их теперь ничего бы не стоило.
Свакхаммер на дальнем конце квартала из кожи вон лез, чтобы не допустить неразберихи и паники. Собрав людей в одно место и приперев всей своей мощью к зданию, он объявил с таким расчетом, чтобы услышали и Люси с Брайар:
— Мы на углу. За ним свернете направо.
— Знаю, — отозвалась Люси, не утруждая себя шепотом. В голосе ее читались усталость и страх.
— Тише! — шикнул Свакхаммер, но и его раздосадованный голос поднабрал силы.
— Бесполезно. Нас услышали, — проворчала Люси. Не снимая руки с теплой еще винтовки, она вела Брайар по улице. — Не стой на месте, увалень старый. Мы с миссис Уилкс идем последними.
— Люси…
— Беги, жестянка. Как только прекратишь со мной спорить, мы тоже побежим, — пропыхтела Люси.
В ночи зазвучали хриплые стоны. Черпая друг в друге силу, они стекались на шум, ведомые неутолимой жаждой мяса, и нехватка света нисколько им не мешала.
Люси с дочкой Мейнарда на буксире рванула к перекрестку, откуда еще доносился, перекрывая мертвячий гомон, топот Свакхаммера и других клиентов «Мейнарда». С каждой минутой они все больше отдалялись, но барменша, похоже, знала дорогу, так что Брайар не сопротивлялась.
Как там они говорили — всего два квартала; только, очевидно, это были два самых длинных квартала во вселенной, а трухляки уже учуяли их запах или вышли на их след, или как там еще они выслеживают свою добычу…
Высвободив винтовку, она сказала Люси:
— Не за ствол. Может пригодиться.
— Тогда беритесь за завязки фартука. От меня не отставать.
Брайар нашарила пальцами две полоски полотняной ткани и ухватилась покрепче:
— Готово. Идем. Далеко еще?
Люси без лишних слов ринулась дальше.
А вот и угол. Брайар сразу его признала, потому что налетела на него плечом, вслепую рыся за барменшей. Люси увлекла ее вправо и потащила вдоль стены. На этой улице бодрый перестук ботинок был слышен лучше.