Я крепко задумался. Потом мама принесла отварной картофель с селедкой и огурцом. И чай с конфетами. Я принялся уплетать в обе щеки долгожданный ужин. А пока я занимался, мама принесла с улицы замерзшее постиранное белье и развесила на проволоке над печью. Хм.
Вот же оно!
Пока мама ходила относить тарелки, я поикал в ящике для всех в мире вещей нитки. Сбегал в кладовку, взял Вениамина и привязал к его тельцу нитку. Оставил так. Ночью, когда мама закрыла ворота и уложила меня, напоив таблетками, и сама улеглась спать, я осторожно прокрался в кладовку, взял свое тельце и повесил за нитку над печью. Улегся спать.
Утром мама спрашивала меня, что за странный запах, но я пожал плечами. Вениамин, правда, пах не очень. Поэтому я решил переложить его в золу. Открыл поддувало перчаткой и разгреб золу кочергой и поместил туда тело хомяка. Вечером достану, проверю. А пока я принялся за шитье второй вещи.
Моя первая вещь должна была напитаться духом кота, но паршивец сбежал. Поэтому первому тотему будет присвоена душа Вениамина. Кот принес в жертву его, спас себя. Смерть Вениамина не была напрасной. Я знал. Поэтому я принялся за иголку с ниткой. Я еще не знала, какой душой наполнится второй тотем. Но я почувствую. Обязательно.
Пока за окном не загудел двигатель. Вернулась Тень. Я спрятался под стол, прихватив с собой вещи для шитья и разложил перед собой на какое-то время. Игла лежала не очень ровно, я поправил ее. И будущая вторая вещь должна лежать не горизонтально, а вертикально, ближе к выходу, иначе мама умрет. Мама не умрет, нет, нет, нет. Тьфу, тьфу, тьфу через левое плечо и постучать три раза. Фух, не сбудется.
Прислушался. Хлопнули ворота, затем громыхнули двери гаража. Тень грохнула дверью летней кухни и затихла. Тень легла спать, я был в этом уверен. Теперь в моем доме настал тихий час. Прекрасное время для обеда, а то я перенервничал. Итак, что же оставила мама? На печке под полотенцем стояла картошечка с кетчупом, фаршированные блинчики с грибами, а также вишневый кисель с двумя шоколадными вафлями. Я подкрепился, убрал посуду под полотенце. И вспомнил!
Я открыл заслонку, оторвал от веника толстую соломину и принялся копошиться в золе, чтобы раскопать Вениамина. Я уперся во что-то мягкое и склизкое. Скривившись, раздобыл резиновые перчатки в ящике для всех вещей и достал с их помощью тельце моего друга. Он пах золой и сыростью. И был очень мягкий. Я нашел картинку и положил на нее Вениамина.
— Дела, - вздохнул я. - Что же делать мне с тобой, Веня, как тебя высушить?
Оставался один путь - духовой шкаф. В книге по кулинарии было сказано: чтобы высушить мясо необходимо разогреть духовку до сорока градусов и положить на два часа туда мясцо. Эх, знал бы я еще как эту духовку включать.
Духовка пряталась на нижней полке, я открыл ее, нашел вилку, но она была слишком короткой, а духовка слишком большой и тяжелой для меня. Я достал удлинитель из-под телевизора и протянул его от ближайшей розетки к духовке. Удалось! Подключилась! Только вот... Вентиль был выкручен на один и сорок градусов. Наверное, это оно. Как раз то, что мне нужно!
Подождал пока она нагреется. Достал противень, нашел пищевую фольгу и водрузил туда Вениамина. Сел напротив духовки и стал ждать. И засек время, конечно же. Необходимо два часа.
Снял пока что перчатки и пошел вздремнуть...
***
Я проснулся от странного запаха дыма. Поморщил нос и подскочил! Господи, сколько я спал?! Вениамин! Мама меня убьет. Я поспешил на кухню, тут же открыл окно. Затем выдернул из розетки вилку.
— Божечки, - я заплакал и затрясся от нервов. Подергался немного. - Ладненько. Я открыл все окна и дверь в доме. Мама так делала, когда случайно прокараулила пирожки. Эх... Я на свой страх и риск открыл духовку, помог перчаткой и увидел Вениамина. Точнее то, что осталось от него.
Мой дружочек превратился в черный сморщенный уголек. Я подышал и опять всплакнул. Как же так? Ну как же так, а?
Я скинул перчатки и пошел в мамину комнату, залез под кровать и принялся рыться в грязном белье - у нее там был тайник с моими конфетами. Нашел, съел парочку, потом еще. Нет, так дело не пойдет. Надо бы разобраться с проблемами, которые я сотворил.
Сбегал в комнату за первой вещью, немного распорол ее ножницами, потом достал Вениамина и засунул его во внутрь вещи. Ой, Горячий! Быстренько заштопав вещь, я вынес ее в сенца, чтобы мое творение остыло. А пока Вениамин охлаждался и первая вещь наполнялась его душой, я ходил по дому, пшикал освежителем воздуха и ждал, когда сквозняк унесет всю гарь.
Мне удалось, правда, пришлось померзнуть.