— Одна?
— Нет, конечно. С Жираром.
Хогарт глянул сквозь стеклянную дверь на улицу. И впрямь: перед лестницей, в зоне, где парковка запрещена, замер тёмный лимузин с надписью «Парижская опера», обставленный четырьмя конусами в жёлто-чёрную полоску.
— Почему вы не отправились их искать?
— Где мне было их искать? В стороне гардероба? — Изабель всё не переставала озираться. — Тогда они могли бы проскочить мимо меня к какому-нибудь другому выходу. Сами посмотрите! Тут столько народу. Отсюда мне всё видно лучше.
— У вас есть номер Жирара? — спросил он.
— Есть, только в этом здании от него вам мало проку.
Господи! Хогарт растерянно посмотрел сквозь мраморные колонны вверх, на белую лестницу, что вела к гардеробу, зажатому между сувенирной лавкой и интернет-уголком. Повсюду висели красные шнуры, направлявшие туристов к выходу разными путями. Вестибюль понемногу пустел. Ни Элизабет, ни Жирара — ни следа.
Он на минуту вышел на улицу, проверил телефон. Ничего! Потом вернулся внутрь.
— Ждите здесь! — бросил он Изабель и сорвался с места.
Татьяна — за ним, к гардеробу. За стойкой сидела женщина рядом с плошкой для мелочи. На вешалках оставалось лишь несколько пальто и курток. В углу валялись рюкзаки, рядом — пакеты из магазинов.
— Элизабет Доменик здесь была? — спросил Хогарт. Женщина непонимающе уставилась на него. Fuck! Никогда больше не суйся в страну, языка которой не знаешь как следует.
Читать по-французски Хогарт ещё кое-как мог и понимал неплохо, если вслушивался сосредоточенно, а вот говорить — почти нет, писать же — и подавно. Попросту не хватало практики.
Пока Татьяна переводила и описывала женщине внешность Элизабет, Хогарт вспомнил номер на жетоне, который та получила за свою куртку и его пальто.
— Treize, — сказал он.
Женщина кивнула и что-то произнесла.
— Элизабет и правда была здесь, — перевела Татьяна. — Но одна.
Одна? И где, чёрт возьми, Жирар?
— И ещё: куртку она не забрала, только спросила про неё, — растерянно добавила Татьяна.
— Значит, куртка на месте. — Хогарт вытянул шею и указал на номер тринадцать, где и впрямь до сих пор висела тонкая чёрная куртка Элизабет. Похоже, она хотела всего лишь что-то из неё достать. А это могло означать, что они с Жираром ещё в здании.
Пока гардеробщица снимала куртку, Хогарт немного успокоился. Наконец она выложила её на стойку. Он тут же обшарил все карманы — внутренние и наружные. Ожидал, что они пусты, но во внутреннем наткнулся на что-то твёрдое, продолговатое и вытащил наружу.
Элизабет не достала из куртки — она в неё что-то спрятала!
В руке у Хогарта оказался чёрный футляр. Пока другие гости подходили к стойке за одеждой, он повернулся к Татьяне и откинул крышку. Они одновременно заглянули внутрь.
— Охренеть! — вырвалось у Татьяны.
В красном бархате покоилась «Костяная игла».
— Это настоящая? — прошептала Татьяна.
— Пока не знаю. — Хогарт осторожно нажал на острый конец иглы, и она выскочила из углубления. Татьяна уже потянулась перевернуть её, но он отдёрнул футляр.
— Не трогай! — прошипел он.
— Чего-о? — воскликнула Татьяна.
— Отпечатки, — пробормотал он и приподнял футляр, чтобы они могли заглянуть под иглу. Там виднелось клеймо. — Это всего лишь дубликат. — Он опустил иглу обратно в углубление. Видимо, копия Элизабет больше не требовалась, и она убрала её сюда.
— А где настоящая?
— В сейфе, с которым Элизабет исчезла. — Он закрыл футляр и сунул во внутренний карман пиджака.
— Без куртки? — спросила Татьяна.
А ведь резонно.
Гардеробщица обслужила ещё двоих и снова подошла к ним. Хогарт с благодарным кивком подвинул ей куртку Элизабет, но, прежде чем повесить её обратно, женщина бросила взгляд в сторону интернет-уголка и сказала Татьяне ещё одну фразу. Бо́льшую часть Хогарт сообразил и без перевода. Элизабет заходила в интернет-уголок.
Что на тебя нашло? Снаружи все на нервах, а ты усаживаешься с этой бесценной костяшкой в интернет-кафе? И никому ни слова?
— Merci beaucoup, — поблагодарил Хогарт женщину и вместе с Татьяной поспешил к интернет-уголку.
Странно! Интернет-уголки он встречал только в гостиничных лобби. Но, похоже, из-за провала в связи опера обустроила для посетителей компьютеры — на оптоволокне, ради быстрого соединения.