Выбрать главу

— Код сейфа в кабинете!

Руссо жаждал спасительного обморока. Но вместо этого в полном сознании проживал каждую секунду пытки — мгновение тянулось бесконечно.

— Код сейфа! — Мужчина обхватил рукоять и провернул. Из раны хлынула кровь.

Руссо зажмурился от боли.

— Пять-два-восемь-семь-три-девять… — выдавил он из-под перчатки. — …нет… три-восемь-девять. — На лбу выступил пот. К горлу подкатила тошнота.

И тут сквозь окна коридора в гостиную ворвался синий свет мигалок, отразился от потолка.

Женщина тут же подбежала.

— Скорее. Полиция!

ГЛАВА 15

Было уже половина второго пополудни, когда Хогарт и Татьяна шагали через остров Сите. Солнце стояло в зените и прогрело воздух до летней жары.

— Здесь и был основан Париж, — пояснила Татьяна. — В пятьдесят третьем году до нашей эры Юлий Сезар со своими римскими легионами заселил эти болота между рукавами реки.

— Далеко ещё? — спросил Хогарт без всякого интереса.

— Вот эта улица… — Татьяна назвала какое-то чудно̀е французское название, которое Хогарт даже выговорить не смог, и свернула в переулок. — Туристический квартал, особняков тут много быть не должно.

За крышами домов виднелись две башни Нотр-Дама. Перед домами выстроились вереницы мопедов, тут и там — бистро под навесами и плетёные ротанговые стулья прямо на улице. В тени деревьев было самое место выпить кофе.

Татьяна водила пальцем по экрану смартфона.

— Говорят, в одном из этих заведений Софи Марсо как-то раз…

— Какой номер у виллы Руссо?

Она подняла глаза.

— Понятия не имею.

— Неважно, выяснять уже не придётся. — Хогарт кивком указал вдоль улицы. У старинного особняка в конце переулка стояли две машины с проблесковыми маячками. — Полагаю, его жилище мы нашли.

Татьяна сглотнула.

— Думаешь, с ним что-то случилось?

— Если так, ты сегодня же летишь домой.

Не говоря больше ни слова, они направились к вилле. Полицейский как раз натягивал ленту перед участком. За оградой росла только живая изгородь из лавровишни да тянулась узкая полоса газона. Сразу за ней лестница вела к дому. По фасаду до самой крыши полз плющ. Ещё один полицейский, в штатском, осматривал дверной косяк и снимал отпечатки с ручки.

В отличие от соседних домов, в почтовом ящике не торчало ни рекламных листовок, ни газет. Похоже, кто-то его сегодня уже опустошил. Значит, преступление, скорее всего, случилось ближе к полудню. А может, и вовсе недавно.

— Мне нужно поговорить со следователем, — обратился Хогарт на ломаном французском к молодому человеку у ленты. — Речь о месье Руссо.

Полицейский поднял взгляд.

— Вы знали этого человека?

Знали? Хогарт мельком глянул на Татьяну — её глаза подтвердили его подозрение. Руссо, по всей видимости, мёртв. И, вероятно, убит. А значит, попасть в дом не светит: уголовная полиция наверняка как раз обследует место преступления. Но войти было необходимо — выяснить, нет ли там зацепок или важных следов.

— Возможно, я смогу кое-что рассказать о преступнике. — Хогарт понимал, что замахивается на слишком многое, но иначе его отвадили бы сразу.

— Это ещё зачем? — буркнула Татьяна.

— Погоди.

Полицейский ушёл в дом и привёл сухощавого мужчину лет сорока с небольшим, в джинсах и тонком тёмном свитере с высоким горлом. Это был не тот следователь, что вёл дело в антикварной лавке месье Бонне, — здесь, по-видимому, сразу подключили отдел убийств.

Незнакомец натянул латексные перчатки. Раздражённо оглядел Хогарта и Татьяну.

— Зарубежная пресса?

Хогарт покачал головой и объяснил по-английски, кто они такие. Угловатое, изрытое оспинами лицо не дрогнуло.

— Ладно, и что же вам известно? — спросил он по-английски.

— Это мы два часа назад подсказали вашим коллегам отправить патруль к месье Руссо, — сказал Хогарт и изложил остальные обстоятельства.

Комиссар выслушал всё терпеливо. Лишь раз наклонил голову, и Хогарт заметил у него на шее татуировку.

— И от месье Бонне вы получили описание грабительницы, — повторил он. — Bon. Сообщите моему коллеге свои данные и название отеля, где остановились. Завтра утром приходите в комиссариат. Там запишем ваши показания. — Он достал визитную карточку: комиссар Арлан.

Хогарт изобразил на лице сожаление.

— Мы уезжаем уже сегодня вечером, — солгал он. — Через несколько часов за нами придёт такси в аэропорт.