Кто-то снял трубку, и Хогарт сиплым голосом продиктовал имя и адрес Пеллетье и потребовал срочно прислать ветеринара. Потом откинулся затылком к стене и уставился сквозь темноту в комнату.
Рядом кровь Пеллетье капала на пол, собираясь в лужу. Хогарт обвёл взглядом комнату. На противоположной стене с места сняли картину. За ней оказалась открытая дверца сейфа.
Когда наконец на улице вспыхнул и упал в комнату синий проблесковый свет, Хогарт увидел, что сейф пуст.
ГЛАВА 24
Хогарт, опираясь спиной о стену, поднялся на ноги и встал рядом с трупом — колени всё ещё дрожали. Просто удрать не выйдет: слишком много людей его видели. Но что подумает полиция, застав его здесь?
Дверь он толкнул ботинком, так что отпечатков в квартире хотя бы не оставил. Зато стоит им увидеть пистолет — и его прижмут за незаконное ношение оружия за границей. Никакое австрийское разрешение тут не поможет.
С улицы донеслись хлопки захлопывающихся дверец. В следующий миг на лестнице раздались шаги. Кто-то крикнул что-то вроде: Оставайтесь в квартире, тут не на что смотреть. Потом кто-то вошёл в прихожую и остановился. Должно быть, полицейские занялись собакой.
Пистолет всё ещё был у Хогарта в руке. Он выглянул в окно. Чуть дальше по улице стоял красный «Рено» с трупом за рулём. Хлои нигде не было видно, но Хогарт, кажется, разглядел сухощавого мужчину в тёмной водолазке. Арлан! Он со своими людьми как раз оцеплял площадку вокруг машины.
Хогарт плечом прикрыл откинутую створку и локтем перевёл ручку в горизонтальное положение. Сквозняк качнул окно, и оно приоткрылось на щель. Быстрым движением он выбросил пистолет наружу. Тот упал на навес и съехал к самому краю. В следующий миг в зал вошли трое полицейских в форме. Один включил свет. Увидев Хогарта, они мгновенно выхватили оружие.
Хогарт поднял руки, показал на труп, потом на телефон — давая понять, что это они с Хлоей вызвали полицию.
— Петер Хогарт? — спросил один из них.
Он кивнул.
Его тут же оттеснили от трупа, обыскали, нет ли оружия, и даже проверили водительские права ультрафиолетовой лампой. Ну и оснащены же эти ребята.
Убедившись, что права настоящие, ему их вернули. Потом сняли отпечатки пальцев переносным сканером и надели наручники. Под конец дали понять, чтобы он встал в угол и ничего не трогал. Минуту спустя вошли мужчины и женщины в штатском. Видимо, коллеги Арлана — одного, с трёхдневной щетиной, он помнил по вилле Руссо.
Кто-то осматривал труп. Фотографировали, звонили, наперебой переговаривались. И тут Хогарт по-настоящему осознал, что Рафаэль Пеллетье был не каким-то там владельцем кафе, а бывшим инструктором угрозыска. Многие, похоже, знали его лично — на лицах застыл ужас.
Но как бы лихорадочно ни шло следствие в квартире, в доме и на улице, к нему самому интереса почти не проявляли. Оставалось лишь смирно стоять в углу: молчать, ничего не трогать — и его попросту не замечали. Лишь раз спросили, говорит ли он по-французски. Он пожал плечами и ответил:
— Un petit peu.
Спустя время к полицейским в форме добавилась ещё группа следователей. Эти держались спокойнее, и веяло от них куда большей основательностью. И главное, Хогарт заметил, что остальные относятся к ним с явным почтением. Правда, он слишком плохо разбирал их разговор, чтобы сообразить, кто это.
Наконец кто-то выкрикнул: «Сабатье» — и указал на Хогарта. Сквозь толпу протиснулась женщина в чёрных джинсах и тёмной распахнутой ветровке. Сбоку на поясе у неё висело удостоверение. Сперва она оглядела труп, потом на миг крепко зажмурилась и глубоко вздохнула. Видно, и она хорошо знала Пеллетье. Затем подошла к Хогарту.
— Мне сказали, вы не говорите по-французски, — произнесла она по-немецки.
Хогарт кивнул. Похоже, его так долго и держали тут, потому что ждали именно эту женщину.
— Лив Сабатье, — представилась она, не подавая руки. Лицо красивое, но черты жёсткие, ожесточённые. Огненно-рыжие волосы заплетены в длинную косу, перекинутую через плечо на грудь.
— Французский угрозыск? — спросил он.
— Что-то в этом роде. — Больше она ничего не сказала. — Это вы нашли человека в машине, сообщили комиссару Арлану, обнаружили убитого и вызвали ветеринара?
Вообще-то полицию вызвала Хлоя, но Хогарт лишь кивнул — чтобы не усложнять.
— Кто этот мёртвый в машине? — спросил он.
— Вам это знать незачем.
— Ладно, понятно… А как пёс?
— Гектор… — Она бросила взгляд в коридор и сжала губы. И вдруг разговорилась: — …Гектор раньше был служебной собакой. Наркоконтроль. Сломал лапу, к службе стал негоден, и его должны были усыпить. Но Рафаэль забрал его к себе. Они были неразлучны.