— Не всех, нет. Но надеюсь, сами они в это верят. Я сам пустил такой слух.
— Но для чего?
Кузнец душ зашелся в кашле и несколько минут пытался прочистить горло. Кален отвел взгляд, даже принц Канс слегка нервничал: цвет его стеклянного сердца менялся от красного до василькового. Только помощник Кузнеца оставался невозмутимым и спокойно попивал чай.
— Положение дел позволяет мне относиться к королевскому дому Одалии более благосклонно, — заключил Кузнец душ. — Скажем так, они мои покровители.
— Вы собирались послать за мной? — наконец выговорила я.
— Я стараюсь встретиться с каждой Темной ашей, которую удается найти. Не знаю, много ли леди Микаэла рассказывала тебе о нас, но между нами установились так называемые взаимовыгодные отношения. — Он глянул на Фокса. — Да и не каждый день встретишь фамильяра. Только некоторым ашам удается их удерживать, для этого требуется сила. Тия, у тебя не кружится голова?
— Нет, я чувствую себя отлично, — ответила я.
Внезапно молодой человек заинтересовался Фоксом: вскочил на ноги и, внимательно изучая, обошел его. Мой брат воспринял этот осмотр с долей иронии.
— Она мне говорила, что вы также презираете аш, — добавила я.
— Мы можем кого-то презирать и при этом сохранять с ним взаимовыгодные отношения. Как ты понимаешь, такое сотрудничество превосходит все остальное. Но когда дело касается Костяных ведьм, я делаю исключение. Вполне справедливо сочувствовать тому, кого презирают сильнее тебя самого. Кстати говоря, этот молодой человек — мой помощник и, за неимением иного, мой преемник.
— Здравствуйте, — произнес парень. — Мистер Фокс, надеюсь, вы не возражаете, если я осмотрю вашу грудь?
— Что?
— Там же находится ваша рана?
С минуту Фокс колебался, но потом пожал плечами и задрал рубашку, обнажив место, над которым потрудились когти саурва. Парень потер подбородок.
— Она еще не зажила.
— Мое тело уже долгое время не способно к исцелению, — заметил Фокс.
— Вас еще не поили кровью?
— Это как?
— С Фоксом что-то не так, э-э… — Я запоздало вспомнила, что Кузнецы душ не используют личные имена.
— Зови его Младшим. Кто-то же должен. — Кузнец окинул меня взглядом. — Твоя наставница, леди Микаэла, выступает главным поставщиком ингредиентов для моего ремесла, а в благодарность я стараюсь лучше узнавать ее подопечных. Ты первая и единственная ученица, надолго задержавшаяся у нее, так что я просто вынужден выполнить свое обещание.
Кузнец вынул из поясной сумки несколько маленьких пузырьков. Все они оказались пустыми.
— Выбери один.
Помедлив, я выбрала зеленый флакон.
— Достань пробку. Аккуратно.
…смех играющих детей, бег по траве…
Узловатые пальцы Кузнеца, обхватив мою руку, вернули пробку на место.
— Что это было? — пробормотала я.
— Счастье. — Кузнец постучал по пузырьку и принюхался, дабы убедиться, что тот надежно закрыт. — По крайней мере, так выглядит счастье для молодой матери трех маленьких детей. В ходе своей работы я собираю различные воспоминания.
— Но для чего?
— Дитя, меня не просто так называют Кузнецом душ. Чтобы создать сердце, нужны воспоминания. Множество людей, пытаясь сэкономить, продают их за гроши. Попробуй вот это…
Видеть, как в могилу опускается крошечный гроб; плакать, когда могилу засыпает первая лопата земли…
— Печаль — самый популярный товар, — проговорил Кузнец, снова закупоривая пузырек. — И самый основной компонент в моей работе, так что предложение, к счастью, редко опережает спрос. Люди охотнее забывают то, что заставляет их грустить, чем то, что делает их счастливыми. А что же счастье? Оно стоит очень дорого. Если воспоминание сильное, то со временем — в среднем через несколько лет — оно возвращается. Но, несмотря на всю финансовую выгоду, мало, кто готов с ним расстаться. А некоторые виды воспоминаний я забираю у аш — тех, кто носит серебряные сердца. Темные аши обладают особой силой и мощью. Вот тут и появляешься ты. Ну так что?
— Что?
— Поделишься со мной воспоминаниями? — Заметив мое лицо, он усмехнулся: — Обожаю ваши лица, когда я задаю этот вопрос. Разумеется, вы их не забудете. Серебряные сердца даны нам не просто так. Их редко можно заменить, однако наши воспоминания, сколько бы я ни забирал, остаются нетронутыми благодаря внешнему сосуду. Мы ничего не забываем. Не знаю, благословение это или проклятие. Недельку будешь чувствовать недомогание, но в целом с тобой все будет в порядке. Взамен я дам тебе информацию. Мои клиенты составляют большую часть города. Всех городов.