Фи хохотнула. Последний год она провела в омываемом морями королевстве Писарр. Каждый день из портов доставляли экзотические чаи и специи. Фи было окунулась в воспоминания о соленом воздухе, ленивых днях в огромной библиотеке с окнами во всю стену, выходящими на побережье, лимонных деревьях с густой листвой, что покачивалась на ветру… Потом утерла грязь со лба и отряхнула руку.
Здесь не Писарр — даже государство другое. Городишко Приют Ворона, что на восточной окраине Дарфелла, нашел пристанище в Горных Пиках в двух шагах от павшего королевства Андар. Нужно снова привыкать к приграничной жизни: суровая местность, суровые условия и прочие малоприятные вещи.
Взгляд Фи скользнул к доске у бара, пестрящей объявлениями. Среди плакатов Хранителя границы с обещанием награды за поимку разыскиваемых преступников, сообщений от купцов о поиске крепких рабочих рук мелькали листовки и нарисованные от руки портреты подозреваемых в ведьмовстве. Теперь уже Фи сморщилась не из-за дрянного чая. Охотники на ведьм окончательно обнаглели, раз начали открыто вывешивать свои извещения даже в таких местах, как «Серебряный барон».
Охотники на ведьм — озлобленная община, члены которой считали магию нечистой и поклялись не допустить восстановления Андара. Прошло сто лет — наверное, они остались единственными, кто еще верил, что великое волшебное королевство можно возродить.
Чаще всего они орудовали в выжженных пустошах Андара, где царило беззаконие, разворовывали магические реликвии и гоняли оставшихся ведьм. Облавы за границей Дарфелла были редки, но в последнее время охотники стали разыскивать колдунов в приграничных городках, где стражи всегда не хватало.
Взгляд Фи задержался на изображении кудрявого мужчины с большой хрустальной серьгой в ухе. Она спрятала руку в перчатке под стойку. Ничего не поделаешь. Охотники на ведьм в Дарфелле вне закона, однако все же они здесь промышляли, хоть и тайно, улепетывая в холмы при появлении пограничной стражи.
Но самое худшее — чем тяжелее жилось в Дарфелле, тем больше людей смотрели на эти безобразия сквозь пальцы. Когда-то приграничные города были самыми процветающими — в них кишели купцы, что приезжали в Андар. Но с тех пор как от великого волшебного королевства остались одни руины, в окрестностях воцарился упадок, от голода народ ожесточился и отчаялся.
Дверь с грохотом распахнулась, в таверну с важным видом кто-то вошел и направился прямиком к Фи. Это оказалась невысокая коренастая девушка в плаще цвета ржавчины, ниспадавшем до ее колен; под накидкой виднелась серая туника и потрепанные штаны. Пепельно-каштановые волосы заплетены в косу и закручены в пучок, между лопаток поблескивал переброшенный за спину боевой топор.
Но внимание Фи сразу привлекли тяжелые сапоги на каблуках и толстой подошве. Они были пошиты на заказ и прибавляли своей юной хозяйке роста.
Это была Шейн, наемница.
Фи опустила чашку на блюдце и спрятала карту в карман, пока Шейн прокладывала себе путь локтями, вместо того чтобы аккуратно обогнуть столы. Наемница взобралась на высокий стул рядом с Фи. Тяжелый холщовый рюкзак с грохотом упал на пол. Филоре взмахнула запиской.
— Ты… — невозмутимо проговорила Ненроа. — Ты мне это отправила?
— Ага, — ухмыльнулась та.
Шейн — cеверянка родом с островов Несокрушимых — довольно долго околачивалась в приграничных землях. Как все бывалые следопыты и кладоискатели, она предпочитала поношенную походную одежду, покрытую толстым слоем грязи. Светлая кожа Шейн загорела на солнце.
Наемница внимательно посмотрела на Фи серыми, будто море, глазами.
— А тебя трудно выследить.
— Похоже, не так уж трудно, — пробормотала Филоре, отодвигая в сторону чай. Для питья он был определенно непригоден. — Как ты меня нашла?
— Наш общий друг шепнул, мол, ты вернулась в город, — заявила Шейн, приподняв брови.
Взгляд Фи метнулся к доске с объявлениями и отыскал мужчину с хрустальной серьгой. Шейн, пытаясь разглядеть, куда же смотрит ее собеседница, подалась вперед. А выяснив это, нахмурилась.
— Вот уж нет! — Наемница спрыгнула со стула и подскочила к доске.
За некоторыми столиками стихли разговоры. Скрестив руки на груди, Шейн воззрилась на стену с объявлениями, а потом начала срывать наклеенные друг на друга плакаты. Наемница была невысока ростом даже в своих сапогах, поэтому, чтобы достать до верхних листовок, ей приходилось подпрыгивать.
Тяжело приземлившись, она бросила взгляд в зал. Непонятно, отчего она так разозлилась: вероятно, из-за висевшего на доске портрета их «общего друга», а может, в целом не выносила охотников на ведьм. Шейн славилась тем, что была скора на расправу. Похоже, таверне еще повезло, что наемница не вонзила в стену топор.