– А доспехи зачем такие блестящие? – спросил я, щурясь.
– А это чтоб дракон вообще заметил, с кем ему надо драться. Мелкие мы в их глазах, понимаешь?.. – вздохнул Хлодвиг, глядя на горизонт. – Так не знаешь, нет тут драконов в округе?
Я пожал плечами:
– Нет вроде. Был Злой Змей на Поле вод тут неподалеку, так его я убил. Вот видишь, цепь из него сделал. – Я показал Хлодвигу цепь.
Он разглядывал ее какое-то время.
– Хорошая, – сказал он, помолчав. – Ну ладно, поеду искать дракона. А то мне уже за замок нечем платить в этом месяце.
– Слушай, а ты не мог бы на другое магическое существо поохотиться?
– Например?
– Например, на Волка С Тысячею Морд?
– Исключено… – опять вздохнул Хлодвиг. – Я ему в том году проиграл фору на убийство, и, боюсь, это поставит нас в неравные условия.
– У меня как раз есть одна, – сказал я, доставая ее из-за пазухи. – Хочешь, подарю? – Он заинтересованно вскинул бровь. – Если задержишь его на часок-другой, я пришлю тебе пару сотен серебром, только скажи адрес.
– Хорошо – согласился Хлодвиг, – подожду его здесь. Мимо не проедет, он меня знает. А гонорар отошлешь в Риэрдин, леди Рент. Я у нее замок снимаю.
– По рукам, – ответил я, и мы, скрепив сделку, разъехались.
Солнце достигло зенита и перевалило на западную половину неба. Наконец мы выехали к родному Полю Вод, и я дал Коню напиться, а сам умылся теплой прозрачной водой. Я не ел уже несколько дней, и в голове кружилось, но я не мог не залюбоваться голубой гладью воды под прядями тумана, что раскинулась от лесов слева до зарослей справа. Потом я снова сел на Коня, и мы шагом поехали по не глубокой, по колено, воде. Вокруг цвели кувшинки и лотосы, а серебряные змеи с мохнатыми гривами сопровождали нас, ныряя и выныривая, прошивая воду стежками. Кругом росли огромные кораллы, белые, красные и желтые, а иногда красные с зеленым или синие с желтым. Дальние дождевые леса скрывал влажный туман.
Мне оставалось проехать миль десять до границы моих владений. Поле Вод осталось позади, и вокруг теперь были невысокие холмы, поросшие травой и ягодами, и обычные деревья – клены, ясени и бузина.
Я уже не спешил. Видно, Хлодвиг сдержал обещание и задержал Волка С Тысячею Морд. Очень хотелось поскорее оказаться дома, но я уже так устал от бешеной скачки, и Конь мой тоже устал.
Я вез домой Самый Красивый Цветок, единственный в мире. Он стоил того, чтобы за него умереть, и я уже сделал это один раз, а Волк С Тысячею Морд – и не один. Цветок был невыносимо прекрасен, он был идеален. Он был главным сокровищем Волка С Тысячею Морд, пока я не обманул его в карты. Многие думали, что мое главное сокровище – Конь, но это было не так. Мое главное сокровище всегда находилось дома.
Когда уже наметились сумерки, я услышал, что Волк С Тысячею Морд гонится за мной.
До моих владений оставалось всего ничего, и мы припустили по дороге во всю прыть. Конь, отдохнувший и напившийся воды с Поля Вод, мчался как стрела, тоже чуя близость дома. Позади гремел Волк С Тысячею Морд, прошивая воздух, который с ревом закручивался в вихрь за его хвостом.
Он летел быстрее птицы, но находился вдали от своей земли, был множество раз лишен жизни, участвовал в нескольких драках и просто утомился.
Какое-то время я видел его – даже теперь Волк С Тысячею Морд плавно, но неумолимо догонял нас, – а потом он отчаянно рванулся вперед, на мгновение слившись в сияющую полосу.
Но мы успели секундой раньше.
Конь легко и непринужденно замедлил бег, пошел по кругу и остановился. Я сполз на родную землю и рухнул на траву у дороги. Только теперь я понял, как же я устал.
Волк С Тысячею Морд лежал недалеко, шагах в десяти от меня, по ту сторону пограничного столба, и тяжело дышал.
– Это нечестно… – спустя какое-то время прохрипел он. – Это нечестно. Пригласи меня.
Я поднял голову и рассмеялся.
– Ну я же пригласил тебя в свои владения! – обиженно сказал он.
Я покачал головой.
– Нет, Волк, – на своей земле я имел силу не именовать его полным титулом, чего не мог за ее пределами, – я тебя никогда не приглашу. Бегай взад и вперед по транзитной дороге, сколько хочешь. Она прорезает мои земли западнее, и все имеют право ездить по ней, не ступая на обочину.
Волк устало отмахнулся лапой. Рваный и грязный халат на нем, когда-то золотой, оказывается, был расшит серебряными розочками – я только сейчас заметил.
– Ладно, чего уж там. Посади его в тени и поливай почаще. Рядом можешь зажечь свечу.
– Так ты признаешь проигрыш? – спросил я, перевернувшись на живот.
– Ну ты же его довез. – Волк почесал лапой под ребрами. – А я еще один выращу. Лет через десять. Покажешь мне его еще раз, перед тем как уйти.