Сидя на своем мотоцикле, Романова видела, как Фатима стояла недалеко от ресторана, а затем села в такси. Недолго думая, Седьмая поехала следом.
Прекрасно зная город, Альбина начала размышлять, куда может направляться женщина. Судя по улицам, поворотам и в целом по маршруту, похоже, такси не собиралось выезжать за пределы Садового кольца. Это насторожило Романову. Дорога была знакома, и чем дольше она следовала за машиной Фатимы, тем сильнее крепчала её уверенность в конечной точке передвижения, а вскоре сомнений не осталось.
Такси остановилось около «Арарат Парк Хаятт» — того же самого отеля, в котором сейчас проживала сама Альбина. Невероятно! Удивительное совпадение!
Фатима вышла из автомобиля и зашла в гостиницу.
Времени ставить мотоцикл в подземный гараж не было, и Романова, припарковав транспорт на улице, вбежала по ступенькам в отель.
Фатима стояла в конце холла, где находились лифты. Очевидно, женщина остановилась в гостинице, а не приехала на встречу.
Альбина спокойно подошла к лифту и встала рядом. Фатима, бегло на неё взглянув, улыбнулась. Они зашли в лифт.
— Вам какой? — спросила Седьмая.
— Третий, пожалуйста, — Фатима, не обращая особого вниманию на попутчицу, рассматривала что-то в телефоне.
Лифт остановился на нужном этаже.
Альбина вышла за женщиной следом. Её целью было узнать: в каком номере проживает Фатима, и вскоре та остановилась у двери с табличкой «202».
Седьмая прошла дальше по коридору и встала у одной из дверей, делая вид, что ищет ключ в рюкзаке. Фатима открыла дверь номера и зашла внутрь.
Седьмая двинулась дальше по коридору, вышла на лестницу и поднялась на два этажа выше в свой номер.
Теперь она знала, где живет Фатима. Осталось разработать план и узнать о женщине больше.
Глава 9. Москва. Воскресенье. 14.10
Филипп взял себе ещё кофе, продолжая сидеть на веранде ресторана и наблюдая, как по улице снуют прохожие. После разговора с Фатимой было желание срочно вернуться домой и начать искать материалы про экспедицию Петра Козлова, но внутренний мандраж и возбуждение от близости к пониманию загадки ключа, найденного на мысе Рытый, останавливали писателя, требуя немного успокоиться и замедлиться.
— Неужели это наш популярный писатель?! — неожиданно услышал он рядом.
Обернувшись, Филипп увидел Оболенцева, стоявшего рядом с его столиком. Коллекционер выглядел как обычно элегантно: светлый льняной костюм, бледно-серый галстук, белая рубашка.
— О, Яков Владимирович! — Смирнов встал, отвечая на рукопожатие.
— Обедаете?
— Да… встречался здесь с одной знакомой.
— Понятно. Не возражаете, если я к вам подсяду?
— Конечно, конечно.
Мужчины сели, и Оболенцев заказал чай с чабрецом.
— Как ваши дела? — Яков Владимирович удобно расположился на стуле с высокой спинкой. — Шёл сейчас из своего офиса и почему-то думал о вас. Разобрались с той историей с кольцами?
— Да… — Филипп вздохнул и усмехнулся, — разобрались — не то слово!
— Я всё собираюсь позвонить Алексею, но не нахожу свободную минуту. Как я понял, все пропавшие перстни нашлись, и их вернули владельцам. Мне сообщила об этом Раечка, жена покойного Дорофеева. И убийцу Валеры тоже нашли.
— Да, всё верно, — писатель на секунду задумался: можно ли раскрывать подробности расследования? Но Саблин же сам привлёк Оболенцева к делу, когда требовалось узнать больше о пропавших перстнях, и то был не единичный случай. Много раз следователь рассказывал, как консультировался с коллекционером относительно истории и происхождения артефактов, и именно поэтому сам Смирнов обратился к нему неделю назад, чтобы получить экспертное мнение о кольце Чингисхана.
— Один человек собирал старинные перстни и намеревался провести шаманский ритуал на Байкале.
— Он и есть убийца Валеры?
— Да. Мужчина был слегка не в себе. Ритуал предполагал якобы упокоить душу его покойного брата.
— М-да… Чего только не бывает, — коллекционеру принесли заказанный чай, и Яков Владимирович налил его в чашку, с наслаждением отпив. — Над чем работаете сейчас, Филипп? Новая книга в планах?
— Ой, пока нет, — хмыкнул писатель, — ищу сюжет.
— Насколько я понял, все ваши книги основаны на событиях, которые вы с Саблиным, так сказать, прошли вместе. Вот помню книгу «Тёмный лотос», там речь была про старинные алмазы. Алексей тогда часто ко мне приезжал, расспрашивал про их историю.
— Да, да, вы совершенно правы. Но я бы не утверждал, что сюжеты опираются на реальные события. Литература, во многом, это фантазии автора, его видение мира, — Филипп, конечно же, никогда не позиционировал свои книги как правдивые истории, понимая, что никто не поверит, да и фантастический жанр всегда считался более популярным, нежели документальный. Ну и, наконец, сами события и тем более артефакты, упоминающиеся в романах, вызвали бы больше вопросов, чем интереса у читателей и научного сообщества.