— И чем же она увлекалась?
— Она только что закончила стажировку в Музее Августинцев. Слышали о таком?
Никто из нас не слышал.
— Он расположен в Тулузе, во Франции. Очень походит на Клойстерс, за исключением того, что стоит на своем прежнем месте. Музей размещен в здании очень красивого старого монастыря. В дополнение к сохранившимся церковным строениям там разместилась богатая коллекция живописи. Рубенс, Ван Дейк, Энгр, Коро. Большинство людей привлекает именно живопись, Катрина же посвятила себя изучению готической и романской скульптуры. У нее было отличное чутье на средневековые раритеты, и я пригласил ее в свой отдел.
— Сколько у вас сотрудников?
— Включая все службы, около ста человек. Библиотекари, продавцы в книжном магазине, охрана, обслуживающий персонал. Затем мой заместитель, приличный штат реставраторов и полдюжины стажеров, вроде Катрины.
— Она с ними поддерживала отношения?
— Разве что по работе. Я бы вам предложил переговорить с ними, но стажеры у нас временные люди. Зарплата низкая, ощущение такое, будто попадаешь в другой век, понятно, что не многих выпускников привлекает музей, и они у нас не задерживаются. Но я проверю, кто из них пересекался с Катриной.
— А вы холосты? — Майк бросил взгляд на руку Беллинджера, когда он в очередной раз ею взмахнул, кольца на ней не было.
— Нет, я женат.
— А кто ваша жена?
Беллинджер улыбнулся:
— Она связана с музыкой.
— С классикой?
— Да нет. Поп, рок-н-ролл, рэп. В общем, всякие модные течения.
— Прямо как в истории о Джеке Спрэте,[45] да? Вы не переносите жирное, она — постное.
— Да, тем для меня ценнее возможность уединиться среди этих стен.
— Вы часто общались с Катриной? — спросила я.
— Только в музее по служебным обязанностям, особенно когда Тибодо приглашал нас обаять совет попечителей. Но ничего личного.
— Теперь вам не придется общаться с Пьером, — заметил Майк.
— Вероятно, вы уже знаете о том, что я не был в числе его поклонников. Уж слишком много у него от Ф. Т. Барнума[46] и слишком мало заботы о научных исследованиях. Я благодарен ему за ценные приобретения, которые он сделал для Клойстерс, но нас с ним мало что связывало.
— Потому вы и поручили мисс Грутен представлять Клойстерс при подготовке совместной с Музеем естествознания выставки? Не слишком большая ответственность для стажера?
— Катрина была в высшей степени компетентным специалистом, детектив, намного эрудированнее своих сверстников. И потом, я довольно тесно работал с ней над этим проектом. Я ведь понимаю, что выставку задумали ради пополнения казны обоих музеев. Я не скрываю — все, что отрывает меня от исследований, лично для меня пустая трата времени. К тому же я думал, что для Катрины это хороший шанс познакомиться с сотрудниками как других отделов Метрополитен, так и Музея естествознания. Рассчитывал, что ее усердие заметят в верхах.
— Ей самой нравилось участие в проекте?
— Думаю, да. Катрина изучала нашу коллекцию в поисках подходящих для бестиария экспонатов. Вы, может быть, знаете, что бестиарии впервые появились именно в искусстве Средневековья, поэтому в нашем отделе этот культурный пласт представлен необычайно широко. Мне казалось, она всегда с нетерпением ждет очередного собрания. Общение с новыми людьми, встречи в деловом центре, выход из своей оболочки.
— Те функции, которые исполняла Катрина, вы впоследствии поручили другому стажеру?
— Поначалу я собирался так поступить, — ответил Беллинджер, — но поджимало время, и я сам включился в проект. Знаете, иногда легче самому сделать, чем обучать кого-то.
Стол в дальнем углу комнаты заполняли самые разные предметы искусства, имеющие отношение к животному миру. Беллинджер поднялся и подошел к нему.
— Эта фреска с изображением льва из Испании. Согласно старинным бестиариям лев, спящий с открытыми глазами, символизирует бдительность. А эта, — произнес он, беря в руки причудливую медную фигурку, — относилась к числу любимых экспонатов Катрины.
— А что это?
— Акваманил.[47] Священники используют этот сосуд для омовения рук при проведении мессы. Это виверна.[48]
— Что-что? — переспросила я.
— Двуногий дракон, пожирающий людей. Его хвост закручивается вокруг крыльев и образует емкость, в которую наливали воду. — Беллинджер брал одну вещь за другой, давая пояснения: — Двуглавые орлы, пособники дьявола, львы, которых укрощают обезьяны, гарпии с ангельскими лицами и коварными голосами, завлекавшие моряков на верную гибель.[49] Катрина души не чаяла во всех этих тварях.