— Да, к нам.
— Вот квитанция на вещи, что были здесь оставлены несколько месяцев назад.
— Конкретнее сколько?
— Возможно, месяцев пять или шесть.
— Ну тогда, пять. Если шесть, значит, то было еще в прошлом году.
Майк передал ему целлофановый пакетик с корешком квитанции. Охранник взглянул на него, потянулся к телефону, набрал чей-то номер и попросил человека на том конце провода посмотреть вещи, сданные минувшей зимой под номером 248.
— Мне сразу доложат, нашли что-нибудь или нет, детектив, — сообщил он.
— А я могу узнать точную дату, когда вещи были сданы? — поинтересовался Майк.
Охранник ответил не сразу.
— Скорее всего, нет. Точную дату вряд ли скажут. В каждом рулоне десять тысяч квитанций, которые расходятся где-то за неделю. Так что дату можно установить лишь в этих пределах.
— Для персонала отдельный гардероб? — уточнила я.
— Этого музея? Да.
— А для сотрудников других городских музеев, к примеру, Метрополитен или Клойстерс?
Во взгляде, которым охранник смерил Майка, светилось осознание собственной значимости.
— После одиннадцатого сентября никто не прошел в музей без тщательного досмотра на входе. С прошлой осени мы перешли на особый режим охраны, как и любое другое публичное учреждение, где бывает много посетителей. Для нас не имеет значения, где человек работает или какой у него пропуск. Мы всех проверяем. Так что забот у нас не меньше, чем у ваших парней.
Нам пришлось ждать минут десять, и Майк воспользовался служебным телефоном, чтобы позвонить в офис. Я же связалась с Лаурой и узнала, какие сообщения поступили за день.
Как только я повесила трубку, в комнату службы охраны вошла молоденькая сотрудница музея.
— Вы это искали? — спросила она.
И выложила темно-синюю куртку в стиле «милитари» с шерстяным шарфом, заправленным под воротник. Казалось, она была сшита специально для Катрины Грутен.
16
— Как позвонить директору музея?
Охранник выдвинул верхний ящик стола и принялся перекладывать бумаги, пока не нашел список телефонов дирекции. Было видно, что он не часто имел дело с музейным руководством.
Майк набрал нужный номер.
— Я бы хотел поговорить с… — Он пробежал взглядом по списку имен, напечатанных на первой странице. — Директором Распен.
— Извините, что мы вас задерживаем, — обратилась я к охраннику, который уже собрался закрывать свою лавочку и идти домой.
— Вот как? Надолго? — Судя по всему, Майку не понравилось то, что он услышал. — Ну а заместитель? Хорошо, с ним можно связаться? — Еще один неутешительный ответ. — Завтра в одиннадцать? Ладно, передайте ему, что, как только он появится, пусть свяжется со мной. Майкл Чепмен, полиция Нью-Йорка. — Выслушав собеседника, мой коллега еще больше помрачнел. — Надеюсь, если вы упомянете, что я из отдела убийств, у него найдется для меня свободная минутка или даже две.
Затем он повернулся ко мне.
— В данный момент директор Распен любуется черепахами на Галапагосах. Уехала на неделю вместе с несколькими спонсорами. Наверное, эти несчастные вскоре составят компанию тому бедняге-киту, что висит под потолком еще со времен моего детства.
— Не поняла, кто будет висеть — спонсоры или черепахи? — не удержалась я.
— Ну спонсорам-то не надо превращаться в экспонаты, чтобы обеспечить себе бессмертие. Им стоит лишь прибить табличку со своим именем к какому-нибудь зданию, или залу, или подаренному шедевру. Это бедных черепах притесняют все, кому не лень.
— А завтра мы с кем встречаемся? — поинтересовалась я.
Майк сверился с листком, на котором черкнул имя.
— С Элайджей Мамдубой. Это вице-президент, глава кураторов. График у него очень плотный, но он выкроит для нас время. Видно, тот еще бюрократ.
Назад мы шли по пустым коридорам в сопровождении другого охранника. Майк завел машину и двинулся через Центральный парк на восток в сторону 81-й улицы.
— Высади меня у «Грэйс Маркетплэйс».[57] Прихвачу каких-нибудь закусок и буду ждать тебя в вестибюле своего дома.
Я вышла у магазина на углу 71-й улицы и купила сыров и паштетов, чтобы было чем перекусить перед обедом. У подъезда меня уже поджидали Майк с Мерсером. Мерсер подхватил из моих рук пакеты с покупками, я вызвала лифт, и мы стали подниматься на двадцатый этаж.
— Как Вики? — поинтересовалась я.
— Устает, капризничает, нервничает. Сегодня была у врача, и ей сказали, что до родов осталось две недели. Но поскольку это первый ребенок, может случиться задержка на пару дней.