- Эли. – позвал он тихо, - Стой.
- Ты стоишь у меня на пути. – хрипло отозвалась она.
- Я стою на твоём Пути, — повторил он, но значение вложи более глубокое, — Прости, колючка, не злись. Но нельзя тебе туда.
- Почему?
- Разве не чувствуешь?
- Там… вещь. Самая значимая вещь. – её губы дрожали, глаза казались обезумевшими.
- Самая значимая вещь – это жизнь.
- Эта вещь стоит сотни тысяч жизней. – холодна отозвалась она, — Буквально или фигурально – без разницы!
- Может. – согласился Виктор, — Эли, я найду тебе другую. Такую же значимую. Не ходи.
- Такой же значимой нет.
- Есть вещи драгоценней! Здесь! Я точно знаю… - он буквально брал слова из воздуха, отбитые своим бешеным сердцем, — Пойдём! – он указал к оставшимся ларцам.
- Ты хочешь эту вещь себе присвоить? – она нахмурилась и поджала губы.
- Нет, глупая… я бы так не сделал.
- Ты мой конкурент! Конечно же, ты бы так сделал.
- Нет… не с тобой. Клянусь, — неконтролируемый порыв то ли захныкать, как дитя, то ли на колени кинуться – лишь бы помешать Эльзе, — Эли, просто не ходи…
Но она оказалась неимоверно быстрой, нечеловечески гибкой. Виктор видел лишь движение юбок, пряди распустившейся косы, пролетевших по воздуху, дуновение ветра и острый запах беды.
Эль уже стояла позади и опускала ладонь внутрь ларца, тем временем навстречу этому роковому событию бежал Крафт и, оказавшись рядом с Эльзой, сдёрнул полотно.
Послышались тяжёлые медленные хлопки на каждый удар сердца Виктора, которое всё замедлялось и замедлялось. Виктор будто наблюдал всё издалека, как механизм, лишившись чувств и души.
- Браво, Крафт. Это было великолепно. Я объявляю завершение испытаний. – новый голос раздался из-за ширмы. Медленно показался богато одетый мужчина с портретов на купюрах империи.
И пока студенты восхищённо шептались, сгибали спины, ректор же улыбался:
- Позвольте, Ваше Величество, у нас ещё на десерт кое-что осталось.
- Что же?
- Один из лучших студентов нашёл Раджу. С вашего благословения я хочу, чтобы он нашёл и своего «брата».
- Это будет забавно.
Виктор ощутил на себе пристальное внимание всех собравшихся в сокровищнице. На виски больно задавило, пульс зашкалил, казалось, в одну секунду всё возможное давление обрушилось на одну его бренную голову.
- Ну же. Император не будет ждать вечность. – подогнал ректор, явно наслаждаясь растерянностью Виктора.
Он сделал шаг, будто в забытьи – не к цели, а просто лишь бы двигаться. Дар придавило мигренью, интуиция молчала, да и все органы чувств прогнулись под тяжестью боли. Тянуло его совсем в другую сторону: где Эльза.
Больная мысль и шёпот Эль из минувших мгновений: гравитация.
Шаг, ещё шаг.
Препятствие возникло внезапно, среагировать он не успел.
Гогот.
Прописная гравитация из учебников дала о себе знать. Виктор вспомнил её в полной красе, а ещё хмыкнул: Эльза-то может и никогда (почти) не падает, а вот он это делает регулярно, особенно если недруги ставят подножки.
- Это точно один из лучших, мастер Крафт? – поинтересовался император Бернгард. Надо отдать должное – непредвзятое лицо держать он умел.
Крафт лишь самодовольно хмыкнул.
Злость вскипела в Викторе, он сжал зубы и поднялся с пола. Подножку стоило этого ожидать. Глупо получилось, подло. Но винить надо только себя.
Виктор указал пальцем на ближайшую витрину, даже не глядя. Точнее, глядел он на источник своих унижений – на ректора. И пока стальная нить жгучей неприязни между ними натягивалась, позади послышался шорох, упала пелена с витрины по воле императора.
- Недурно. – цокнул он, — Талант. Из какого ты рода, парень?
- Дарм. – машинально ответил Виктор и поправил форму, отряхивая воображаемую пыль, — Прошу прощение за свою неловкость, Ваше Величество.
- Не так важно изящество, когда результат так впечатляет. – изрёк он задумчиво, а Виктор почуял на себе новую волну оценивающего взгляда.