- Умник. – рассмеялся монарх, — Думаете, я бы с ним выпустил? Ох, Тефлисс, на своём вы месте. Но до чего же протокольный: всё-то у вас по правилам, по уставу и чести, ни капли фантазии, одна скука. Жандарм чистой воды, вот почему в вашем отделении комар носа не подточит. – Виктор проглотил укол и решил счесть это за почти-похвалу. Ему часто предъявляли чистоплюйство в недостаток, он же к этому привык, как к неотъемлемой и далеко не худшей своей части.
- Но?
- Но на вас готов приказ по кураторству моей сокровищницы. – Виктор кивнул, — Вот как! Готовы были?
- К этому да. Венцом обескуражили.
- А я слышал, ваш дар будущего развит не слишком. – хищная улыбка императора вызвала холодок по спине, — Вы любопытны мне, Виктор. С виду простоваты, но есть в вас скрытое – был неправ. Только не думайте, что на фоне моей симпатии, я отдам вам Дармхолл, когда ваш батюшка окончательно мне надоест.
- Ваше Величество, я больше не Дарм и на имущество рода не рассчитываю, с этим будьте спокойны.
- Не спокоен. – железно отрезал тот, — Это ещё больше меня настораживает: вы талантливы, но от семьи сепарировались вот так радикально и из принципа. Не пришли на поклон и примирение, не просили у меня защиты, не обжаловали исключение из наследства – отрезали, и всё. Бунтарь. – задумчиво и хрипло протянул император, — Бунтарей я не люблю. – он смерил Венец из костей бунтовщика долгим ледяным взглядом и надел корону на голову, — Но умные люди всегда восхищают. Надеюсь, вы настолько умны, чтобы ещё и присягу соблюдать.
- Это в первую очередь. – без эмоций и раздумий ответил Тефлисс, — Присяга для меня сакральна и нерушима.
В ответ лишь скепсис и задумчивый вздох.
Виктор дождался жеста, откланялся и всё-таким же чеканным непоколебимым шагом вышел вон мимо слуги с пустым кубком, по стенкам которого стекала багровая капля.
Нет, быть не может! – поёжился Виктор, воображение которому нарисовало в кубке кровь.
* * *
А шестью годами ранее…
…В библиотеке ждал сюрприз.
- Мастер Дарм. – заупокойным голосом пропела архивариус с феноменальной памятью и такой же феноменальной бесцветностью бытия, - Учебников больше нет.
- Но как? – опешил он, - Я же заявку оставлял, в наличие был экземпляр.
- Распоряжение деканата, ушёл тот экземпляр.
- Что-то я не понимаю.
- И это не мои проблемы. – архивариус захлопнула неподъёмный формуляр с грохотом, лучше слов обозначая своё раздражение, - У нас тут льготники, мастер Дарм, а это люди из неблагополучных семей, сиротки и прочие бедняжки. Вы бедняжка?
- Нет. – покраснел Виктор, не ожидая такой поворот.
- Ну так купите себе новый комплект учебников и эту злосчастную методичку.
С рычащим ворчанием молодой Дарм побрёл на лекцию. Чутьё что-то настойчиво трезвонило, но расшифровать сообщение вселенной мешала пульсирующая боль в голове, и потому настроение сыграло на оборону: просто жди неприятностей и точка.
А скучнейшую лекцию по магическим блокам заменили на ещё более скучную – совмещённую с другими факультетами, а значит, общего образования – какая досада!
- Мы же это всё на первом курсе проходили… - фыркнул Виктор.
- Повторенье – мать ученья, мастер Дарм. – недовольно надулась сизым воробьём такая же сизая низенькая замдекана Зорких, которой вверили выпускные курсы на замену, - Не моя вина, что императорская комиссия нагрянула с проверкой и инспектирует всех преподавателей разом, словно студентов. А распустить вас всех я не могу – инспекция идёт.
Виктор подпёр подбородок ладонью и надеялся, что не провалиться в сон, ведь очень хотелось…
- Итак, выпускной курс. – замдекана давно отошла от преподавательской практики в секретариат, к которому способностей оказалось больше. Дисциплину соблюдать умела, а держать её вместе с вниманием студентов – нет, а ещё её манера говорить больше походила для успокоения буйных, чем для пробуждения любопытства интеллигенции Утёса, - Давайте достанем из архива вашей памяти магическое деление и одарённость. – женщина явно волновалась и всё бегала глазками по тексту вызубренной лекции, - Вы знаете, что магия пробудилась в людях по установленным данным три тысячи лет. Тому причиной послужило смешение генов, блуждающая кровь. – Виктор улыбнулся такой формулировке, поскольку в старых книгах «блуждающую кровь» называли иначе – цыганской. Точнее иначе – именно свободолюбие и кочевой образ жизни цыган привёл к смешению крови разных народов и мутацию человека – если по-научному. Но после восстания цыган, этот народ стремительно срезали во всех новых изданиях, и заслугу по пробуждению мутаций отняли намеренно, - Магия пробудилась в виде ряда талантов, передаваемых по крови. Первыми проявились лекари. Следом Зоркие и псионики – и кто раньше – это большой спор магистров. Последними, уже намного позже проявились техномаги, но вытеснили для себя огромную перспективу среди прочих. Технари, в отличие от остальных продолжают развиваться, этот дар магии не вымирает. Лекарей за счёт своевременных усилий, надзора и скрупулёзной сертификации вывели на стабильность распространения. Зоркие же.. – кивок аудитории и смиренное пожатие плечами, - Вымирают. Если дар не развить, то он затихает, гаснет, а к следующему поколению слабеет, через одно и вовсе отмирает. Другая ситуация с псиониками. – нахмурилась женщина и поджала губы, - Этот вид дара чрезвычайно опасен. Много проблем возникало в ходе истории именно с этим видом дара, потому он послужил катализатором для образования министерств по контролю за одарёнными.