- Не смей этого произносить. – вроде едва размыкая губы, но Виктор разобрал каждое слово, - Человек способен на очень многое, мальчики. Быть марионеткой – это выбор третьего плана. Идти по прописным законам Пути – шестого. Но всё это выбор!
Бабушка редко выходила из себя, но тогда говорила с надломом, страстно и яростно. А ещё будто со стыдом... Такой Виктор её не видел никогда и оттого все события врезались особенно остро: вспоминая, Виктор ощущал все те запахи, вереницу тревожных мыслей и догадок: Фелис подвергалась псионическому воздействию, и это далось ей не без травмы.
За жизнь она повидала многое, пережила восстание и бесчисленное множество интриг Энхерлемма, будучи в самом центре – примой главного балета империи.
И оттого много молчала, а глазах утаивала тяжесть воспоминаний.
Старый профессор хитро подмигнул Виктору и вышел. Юный Дарм протянул руку белобрысому псионику и добродушно улыбнулся, получая виноватый взгляд:
- Ты прости… - он указал в сторону окна, - Я не хотел. Ненавижу это… всей душой. – и болезненно зажмурился, будто принимая волну воспоминаний.
А волна невольно прошла через сплетённые в рукопожатии руки и ударила Виктора чужим фантомом – густым, серебристым, неудержимым. В нём окно было больше и виднелось сверху, будто свидетель стоял внизу. К его ногам падало что-то словно сбитая птица. Огромная, с развивающимися крыльями, будто мантия из меха…
Птица приобретала очертания и превратилась в падающего на землю мужчину. Столкновение с брусчасткой забрало все надежды на выживание, расплющило узувечило тело человека в королевской мантии. Сверху звонко упала золотая корона с гравюр и монет. Свидетель гибели императора кинулся к мужчине и принялся трясти мёртвое тело, роняя слёзы, теряя детсво под гнётом смерти близкого человека. Мальчик улёгся сверху на тело, будто в надежде, что мужчина проснётся, но…
Серебряный фантом исчез. Ладонь в руке Виктора дрожала, в светлых глазах Николаса стояли слёзы.
- Сколько тебе было? – шёпотом спросил Виктор, - Это ведь император. Старший брат Бернгарда…
- Это мой отец. Мне было четыре. – выдернул ладонь и почти бегом покинул Виктора с бабушкой.
- Баб? Это…?
- Сильные фантомы у тебя, Вик. Да, Николас непросто псионик… Бедный мальчик! – она подошла сзади и, утирая слёзы, обняла плечи внука, - Не говори никому. Опасно.
Глава 4. Случайности не случайны
- Мастер Тефлисс! – обратился его лучший агент, — Просили собрать данные о бродяге новом.
- Да, слушаю. – Виктор тут же отложил дела, — Что нашли?
- Особо ничего интересного: этого чудака зовут Хиллто, шизофреник, никаких признаков здравомыслия не выдаёт.
- Роккот, ну вы серьёзно? Это что за халтура? Мне нужно знать откуда он, историю, экспертное мнение лекарей – это нужно объяснять? – при этом он говорил снисходительно, хотя сдерживал раздражение. Потёр переносицу и вдруг осенило, — А вы, случайно, не у ресторатора спрашивали данные о нём?
Молодой агент густо покраснел и отвёл взгляд, а Виктор напряжённо выдохнул, поняв, как легко его люди попались на уловки Эльзы:
- Не профессионально, агент. Выговор. Вестись на смазливую мордашку – это не в моём отделе. Голова тебе зачем?
- Я следил, Ваше Высокородие! Так он изворотливый до безумия – буквально!
- И пирожными наверно вас угостили с напарником? – и снова попал предположением в точку, — Роккот, последний шанс исправить ошибку: дай мне эти данные. – он с угрозой шлёпнул по столу: не слишком громко, но с силой. – И никакой веры мистресс Луизе ди Плюси с её официантками. Все данные добываем своим умом, проверяем, анализируем, перепроверяем. Свободен!