И чуть позже жеманное приветствие от официантки ресто:
- Надо же, жандарм! Моё почтение! Отобедать, или…? – форма офицера творила с людьми перемены.
- …Или! Мне к начальству. С проверкой. – серьёзно рапортовал он и надавил взглядом, вынуждая к расторопности, — Поторопитесь, любезнейшая.
Официантку как ветром сдуло. Виктор медленно прошёлся вдоль занятых столиков к тому, где сидел Гарсив, мерно попивающий с виду крепкий кофе в компании своей «Луизы». Официантка уже вкратце пояснила хозяйке цель визита Виктора, а Эльза вроде спокойно приняла эту весть, но не ожидала увидеть в качестве инспектора Виктора.
- Надо же, — Гарсив говорил в нос и тянул гласные в столичной манере, — Из высоких чинов и в инспекторы, какая ирония. Но вам, Тефлисс, должно быть, так комфортней в силу происхождения.
Виктор пропустил невнятный укол и сухо кивнул Эльзе, отдавая постановление о начале проверки:
- Мистрисс ди Плюси, ввиду нехватки жандармов и инспекторов, проведу проверку я.
- Мастер Тефлисс, может, не откажетесь от чашки кофе? Или желаете отобедать?
- После. – он посмотрел на карманные часы, с ужасом вспоминая, как их рассматривал фантом Рамина Творца, — У меня обед с часу до двух, а сейчас ещё четверть первого. С вашего позволения приступим. Начнём с кухни. Кто меня может провести?
- А вы прямо серьёзно будете… — начала Эльза и удивлённо подняла бровки, — Я думала, это символическое мероприятие.
- Это мероприятие о безопасности граждан империи. О жизни ваших клиентов. Какие символы? К делу. – он поднял бровь и всей своей позой выразил намерение быстрее приступить к проверке. Серьёзность витала в воздухе, клиенты начали обращать внимание на слишком воинственного офицера в форме, и Эльза сдалась.
- Прошу прощения, дорого́й Фред. Здесь клиническая картина сердобольной преданности букве закона, нельзя такой тяжёлый случай игнорировать.
- Разумеется, ангел мой. Да и душно здесь, поеду-ка я в мужской клуб.
Любовники жеманно распрощались, и Эльза повела Виктора в кухню, недовольно сопя:
- Ну и кретин же вы, Ваше высокомерие! И как вам идёт форма солдафона! Пальцы только выдают наманикюренного аристократишку.
- Прелестная Луиза наконец обнажила зубы, а то мне аж приторно от ваших улыбок стало. Сложно наверно играть роль милой глупышки всё время напролёт?
- Я великолепная актриса, мастер Тефлисс.
- Ох, здесь я не поспорю. Надеюсь, ресторатор из вас тоже годный. Никаких авансов не будет. – и пусть интонация сквозила холодом, он будто невзначай выудил из-за пазухи маленькую кремовую гвоздику на коротком стебельке и протянул Эльзе, — Держи.
Эльза опешила, но на автомате протянула руку. Покрутила одинокий, но очаровательный цветок, смущённая и выбитая из колеи.
- Это мне?
- Конечно, тебе.
И возобладав над эмоциями, девушка вновь выпустила жеманную актрису:
- Скромное жалование не позволяет купить букет? – нарочно с уколом огрызнулась она.
Тень улыбки на губах Виктора и задорный огонёк слетели пеленой, а густые брови нахмурились:
- Ошибся, не тебе. Это для Эль – девочки с веснушками, которая радовалась рукавицам и новым карандашам. А вообще, я просто не хотел тебя компрометировать. – он забрал цветок и кинул в урну. И с непоколебимым видом принялся заглядывать в печи, проверять систему вытяжки, электрические кабели, трубы, затворы, щитки и приборы. Задавал сухие вопросы, Эльза бурчала что-то в ответ, но он пропускал мимо ушей, — Где ключи от решёток на окнах?
- Я… где-то их видела.
- Да ну? И где? – он сложил руки на груди, — Искать будем? Или ставим на карандаш?
- Виктор, тебе сложно, просто поставить галочку?
- Нет ключей – нет галочки. Ищем.
- Не ищем. Поставь эту прокля́тую галочку!
Он откашлялся, дождался, когда официантка заберёт заказ и выйдет вон:
- Через три дня приду проверять снова, не будет ключей, проверку не пройдёте. Ясно? – он пробежал по полу глазами и вдруг нахмурился, — Люк. Люк прямо под рабочим местом повара. Как так?
- Здесь раньше был сквозной проезд на параллельную улицу, и только потом возвели здание. Вот люк и остался в таком неудобном месте.