- Я горжусь тобой, Дэм! – Виктор отчаянно хотел наладить с братом хоть какой-то разговор, но с каждым словом тот уходил в себя всё глубже.
Снова беседу перетянула на себя Жасмин:
- Виктор, я так надеялась, что ты сопроводишь меня на бал в столицу! Будет что-то невероятное!
- Прости, Жасмин, балы – это не по моей части. Я книжный червь, не люблю публичность.
- Виктор! – снова всплеснула руками мать.
- Что? Лучше, если Жасмин узнает об этом сейчас. Непоздно передумать.
- Виктор!
- Мама! Я двадцать один год как Виктор! Скучный Виктор, а не тот, что будет бегать по балам, прожигать жизнь на скачках. Жасмин, — он обратился к невесте, — Ты понимаешь, на что идёшь? Или надеешься, что попади я в твои коготки, тут же забуду себя и буду хвостом за бегать? – она нерешительно кивнула, не ожидая напора от обычно воспитанного тихого Дарма, — Спешу расстроить. Для этого тебе надо быть либо псиоником, либо мне хорошенько влюбиться. Ни того ни другого не случиться. – он бросил салфетку на стол, — При моём к тебе уважении, прими данность: этот брак сломает жизнь нам обоим. Я тебе неинтересен, правда? – она опустила взгляд и поджала губы, — Не прячь правду, она меня не обидит. Встречная правда: ты тоже мне абсолютно как женщина неинтересна. Буду бесконечно рад, если мы сохраним добрые отношения. На остальное не рассчитывай. И прости за прямоту. – он поклонился ей, кивнул опешившей матери, перевёл глаза на молчаливого брата, опустившего глаза в тарелку, — Дэмиан, ты бы мог составить компанию Жасмин на балу, коль уж я так разочаровал её и сломал планы. Ты ведь любишь балы…
Дэмиан поднял такие же тёмные, как у старшего брата глаза на белокурую неприступную девушку и тихо ответил:
- Люблю.
Виктор же уловил в этом нечто большее, чем любовь к светским мероприятиям, но, не имея близких отношений с братом, решил, что это не его дело. Важнее было в этот миг успеть на рейс до академии.
Брата он похлопал по плечу, перехватил тонкую ладошку невесты и коротко поцеловал:
- Прости, Жасмин. Я всей душой надеюсь, что настоящее женское счастье ты обязательно найдёшь. Но не я твоя судьба, поверь мне, как Зоркому. – он добился от неё растерянного кивка и отпустил руку.
Ну что же.
Путь выбран. О да, Виктор осознавал и чётко видел дорогу, по которой идёт. И рядом родителей не видел.
***
Запоздалое прибытие, зато в кромешной тишине.
- Мастер Дарм, поставьте отметку о прибытии и сдайте отгульный лист. – зевающий станционный смотритель.
С бумагами Виктор дружил, всё с ними всегда было чётко.
- Доброй ночи. – попрощался он и двинулся… в библиотеку – конечно же!
Вверх по парадной, западное крыло, коридор, просторное помещение со стеллажами и любимый запах книг. Тихо, ни души. Виктор не сел внизу за столами, как обычно, а пошёл по винтовой лестнице вверх на второй ярус, где часто пряталась Эльза.
Улыбнулся тому, что и в эту ночь она оказалась здесь. Она подняла удивлённый взгляд:
- Тебе чего не спится? Почему ты вообще в Утёсе? Все же разъехались.
- Вернулся уже.
- Уже? Так… — она нахмурилась, вычисляя, — Быстро!
- Да. – он предупредительно подошёл к подоконнику, который уже обжила Эль, — Можно присесть? – вообще это переходило границу приличий во всей отношениях: и ночь не располагала к встречам, и дистанция совсем не та. Только Эльзе всё нипочём, поэтому она добродушно кивнула.
Виктор оценил корешок обложки и улыбнулся:
- Классику изучаешь?
Она покраснела, это бросилось глаза даже в тусклом свете:
- Ты знал, что в этой библиотеке полно́ экземпляров книг из первых тиражей?
- То есть уже читала?
- Нет. – признала она и оторвала от строчек глаза, — Я научилась читать три года назад.
- Серьёзно?! – опешил он и тут же прибавил, — В жизни не скажешь! Ощущение, что ты на стопке книг росла! – и это вызвало благодарную улыбку, — Этот сборник совсем скучный, возьми лучше Льюиса Бана и его «Тёмные коридоры воображения» — там лучшее!
- Не страшно? – уточнила Эльза.
- Захватывающе и ни капли не страшно. Мистика, пробирающая до мурашек, при этом классика.