Ебать. Так. Барни получит то, что ему нужно и уберется из этого особняк с привидениями. — Вы слышали пророчество?
Губы доктора Говарда искривились. — Два становятся одним, один становится тремя. — Он поставил свою кружку рядом с иглами. — Разве я похож на Лису или Медведя?
— Есть уже предположение, что вы можете быть частью этого. — Барни не собирался рассказывать к кому человеку это пришло в голову. Он хотел Доктора Говард, далеко-далеко от Хизер навсегда.
— О? — Подняв взгляд вверх, Доктор Говард высказал Барни безмолвный вопрос.
Глаза этого человека были серебряными. Как серебро, как у Джулиана Дюшарма или Хлои Уильямс. Врач был белой Пумой.
— Ты думаешь, мне не насрать на какое-то предсказания? — Доктор Говард встал со всей своей кошачьей грацией Пумы. Он шагнул к окну и выглянул наружу, его рука легла на ткань штор. Его когти были выдвенуты, слегка царапая ткань снова и снова, пока маленькое отверстие не появилось, позволив лучику света прорваться в комнату.
Была только одна карта, которую он мог бы разыграть, чтобы достучаться до человека. Одна вещь, которая, вероятно, препятствовала Джейми Говарду стать изгоем. — Если это вовлекает Вас, это вовлекает и Надежду.
Барни был поражен, когда Доктор Говард повернулся к нему лицом. Там были еще нити серебра в глазах, но выражение его лица менялась на глазах….от презрения до отчаяния. — Надя…Наде уже достаточно. Последнее, в чем она нуждается, является некоторый дух, регулирующий ее жизнь, когда она только что получила обратно свою свободу.
— Это может быть что-то, что поможет вам обоим. — Барни остался неподвижным, не желая сделать что-либо, что заставит тон доктора Говарда затвердеть снова. Мягкая улыбка, когда имя Нади было упомянуто и очевидное беспокойство было то, что он ожидал от человека, который должен еще связаться со своей половинкой. Если он действительно сможет достучаться до человека и вернуть кусочек того, кем он раньше был, может был бы способ спасти его. — Если бы кошмары Нади ушли, выяснив ответ на загадку, разве это не сделал бы все стоящим?
— Нет. Не все. — Серебро медленно вернулось обратно в глаза доктора Говарда. Его манера поведения стала ледяной еще раз. — Есть некоторые вещи, которые ничего не стоят.
— Нет, я предполагаю нет. — Он содрогнулся при мысли потерять Хизер, а они даже еще не были в паре. У Доктора Говарда сердце и разум были разорваны, когда Мари Говард ушла от него. Раны, которые остались от этого возможно, никогда не заживут, даже со связью с Надей. — Это позор, что Джулиан не смог спасти твою жену.
Волосы Доктора Говарда стали чисто белыми при упоминании имени Джулиана. Занавески были измельчены так быстро, что Барни даже не увидел как это случилось, только как ткань осыпается на пол. — Не произноси больше этого имени. — Раздвинувшиеся губы Доктора Говарда показали клыки намного больше, чем у обычной Пумы, но он был спокоен, когда говорил, что действительно говорило Барни, что он на краю. Это была полная противоположность быстрого, дикого гнева, очевидного в трепещущих лохмотьях ткани.
Такая сила, в сочетание с менталитетом изгоя, была разрушительной. У него не будет никаких угрызений совести, никакой жалости. Если бы не Надя, вторая половинка Джейми, Барни попытался бы убить его прямо, в этот момент срыва.
Но инстинкты Охотника Барни не покалывали. Раздался низкий гул, потенциальной угрозы, но он не был полностью активирован. Он не мог убить человека только потому, что он был зол. — Мои извинения. — Барни пришлось успокоить его. — Наш главный вопрос сейчас, будет ли загадка вредна для Нади. — Маленькая ложь, но та, которая могла сойти с рук, поскольку это одна из его проблем.
— Надя в безопасности. — Доктор Говард повернулся пристально смотря в окно, показывая Барни спину. — Я убедился в этом.
Дерьмо. Это не звучало подозрительно. — Как?
Доктор Говард взглянул на иглы для подкожных инъекций. — Лучше тебе не знать.
— Ты убил ее насильника этим, не так ли? — Барни слышал об этом от Райана и Глори. — Хорошая работа.
— Учитывая, что он был Вашей чертовой ответственностью то, пожалуйста.
— Да. Мы облажались. Надя пострадала. Но он был охотником, ушел на вольные хлеба, поэтому он так умело ускользал от нас. — Барни не собирался извиниться перед Джейми Говардом. Если кто-то и заслужил это, то это была Надежда. — Но это не то, почему я здесь, и ты это знаешь.