Я чувствую, как сила меняет моë тело. Ощущаю, что становлюсь кем-то другим… Теперь у меня четыре лапы… Погодите?! Лапы?! Я не утка?!
В голове всплывают знакомые с детства строки:
«Его смерть – на конце иглы, та игла – в яйце, то яйцо – в утке, та утка – в зайце, тот заяц…»
Нет. Не может быть! Страх и отвращение охватывают душу. Получается, я должен… Нет! О Боже, нет!!! Не может быть! Так не должно быть!!!
Я попытался вырваться из рук малолетки. Но как не билась моя душа, тело отказывалось подчиняться, оставаясь безвольной марионеткой во власти ведьмы. Я захлëбывался от ужаса, корчился от сердечной боли и против воли наблюдал, как на земле загораются огненные письмена. Символ за символом. Черта за чертой. Приближая к неотвратимому.
Не хочу! Не буду! Кто-нибудь, помогите!!! Нет! Только не Васю! Молю, только не еë!
Я был поставлен на землю. Колдовская тварь с улыбкой протянула ко мне ладони, на которых застыла беленькая уточка с безразличными синими глазами.
– Глотай, – велел звонкий детский голосочек в моей голове. Я попытался ослушаться, воспротивиться… но тело, подчинëнное магии, менялось. Тëмное чужеродное желание поглотить, присвоить рождалось в глубине души, разгораясь всë сильнее. Пожрать. Заполучить навечно. Целиком и полностью.
Я открыл пасть, трансформация волной прошла по телу. И желанная добыча оказалась во рту. Проглотил. Трансформация схлынула, оставив ощущение приятной тяжести в животе.
– Запечатать, – довольно пропел голос. Вспышка, секундная боль… и осознание случившегося накрыло с головой. Отвращение. Отчаяние. Ненависть. Я поглотил Василису. Проглотил свою любимую девочку. Сам. Поддавшись влиянию. Но сам!!! Желая того! Я сожрал еë. С удовольствием. С наслаждением. Ур-р-род! Падаль. Слабак. Ненавижу! Ненавижу себя! Эту силу! Эту девку! Этот мир!
– Единение, – родной, знакомый до боли голос заглушил все мысли. И я почувствовал внутри тепло, притягательную силу, свет. Василиса, Ваня и кто-то ещё. Нуждающийся в защите. В охране. Да. Нужно стеречь, защищать, охранять. Стеречь. Защищать. Охранять. Стеречь. Защищать. Охранять…
***
Прекрасная черноволосая женщина в бесформенном балахоне пошатнулась. Но старуха вовремя подхватила еë под локоток, не позволяя упасть.
– Спасибо, сестра, – грустно улыбнулась брюнетка и, отстранившись, присела на корточки перед неподвижно сидящим зверьком. – Мой Заюша, мне так жаль. Но у нас не было выбора.
Погладив длинные уши крупного зайца, женщина встала и подошла к златовласому красавцу.
– Поделишься силой, Коляда?
– Конечно, милая, – коснулся еë лица кончиками пальцев мужчина. Золотистый свет окутал тело брюнетки.
– И со мной! – подбежала к ним девочка, протягивая руки.
– Тогда уж и меня не обдели, дорогой друг, – проскрипела старуха.
Солнечно улыбнувшись, блондин кивнул, одновременно восстанавливая силы троицы.
– Круть! – потëрла искрящиеся огоньками ладошки малышка и направилась к избе, произнося нараспев:
«Тот заяц – в кованом ларце, а тот ларец – на вершине старого дуба».
Не прошло и минуты, как девочка вышла из домика с ларчиком в руках и цепями, ожерельем свисающими с шеи.
Пятилетка подошла к застывшему, подобно статуе, зайцу и, присев рядом, открыла ларец. Поместив в него животное – закрыла и отошла на пару шагов.
Молодая женщина вскинула руки и, направив их на ларец, повелела:
– Единение!
Золотым потоком сила хлынула из еë ладоней, окутывая ларчик. А сам он засветился серебристым светом изнутри, покрылся огненными письменами и сковывающими нитями.
– Отлично, – закончив, поводила руками над ларем брюнетка, проверяя качество выполненной работы. – Теперь ваша очередь, сëстры.
Девочка обвязала ларчик одной из двух цепей и сплавила концы огнëм, шипением активируя заложенные огненные символы. Старуха, бурча под нос заклятия, окурила ларь травами и запечатала своей кровью.
– Осталось соединить его с Мировым Древом, – подняв ларец, черноволосая красавица направилась к гигантскому дубу.
– Цепь не забудь, – сняв с шеи последнюю, малышка побежала следом.