Кира кашлянула, почему-то почувствовав себя жутко неудобно, будто её назвали не Котом, а котиком.
– Между прочим, «кот» по-корейски значит «цветок», – помолчав, сказал Пак. – Только там последняя буква не совсем как русская «т» читается. Хотя чего это я… Там ни одна буква как русская не читается. – Он запнулся. – Юль, правда же?
– Э-э-э, ну да, типа того, – промямлила Юля, хотя по её лицу было видно: о том, как правильно читать корейские буквы, она осведомлена несколько лучше Пака.
– Вот видите.
В этот момент Кира даже готова была поверить, что ему неловко.
– А Пак? Что-нибудь значит? – спросила она.
Лицо Пака мигом просветлело.
– Тыква! Тыква-горлянка. Такая, на бутылку похожа, – весело ответил он.
Глава 13. Я сваливаю
– Чем займёмся после тренировки? – Лис перепрыгивал через огромные лужи. В момент прыжка рюкзак со спортивной формой хлопал его по спине.
– Какие идеи? – Кира брела следом, грустно рассматривая намокшие кроссовки. Хорошо хоть носки пока сухие.
На улице уже стемнело – в Москву окончательно пришла промозглая, совсем не золотая осень.
– Испечём пирог! – Лис поправил спортивную повязку на лбу, которую носил вместо шапки. – Тебя там вроде заставили готовить на школьный праздник! Вот, потренируешься.
– Какой ещё пирог? – Кира скрестила руки на груди.
– Тыквенный! – Лис сделал огромное усилие, чтобы не засмеяться, но Кира не поняла шутки.
– Неохота, – ответила она просто. – Да я и не умею.
– Тогда… Пойдём попьём кофе! Тут недалеко есть кофейня. Там сейчас появился сезонный напиток… Тыквенный латте!
Кира смерила друга хмурым взглядом.
– Не хочешь? Ну давай просто новости почитаем. Вот, слушай. – Лис остановился и вытащил телефон из кармана куртки. – Мужик отправился в плавание на лодке, сделанной… подожди-подожди… Из огромной тыквы!
– Лис! – Кира сжала кулаки. Она даже не поняла, из-за чего именно разозлилась.
– Ой, ты бы себя видела, – продолжал издеваться Лис. – Когда Пак сказал эту чушь про цветок. У тебя глаза такие были…
– Какие? – прошипела Кира.
– Как будто ты достала из холодильника торт и съела его ночью. Одна. Огромной ложкой и заливаясь слезами.
– В смысле?
– В смысле, когда и стыдно, и приятно, Кот.
Кира подскочила к Лису, спустила ему повязку на глаза и наградила лёгким ударом колена по пятой точке.
– На себя бы посмотрел. О, Лисовский, ты маленький и сильный, как Леви кто-то там. А ты от счастья чуть из штанов не выпрыгнул.
– Да ладно, Кот, просто признай, что твоя подруга права. Особенно в том, что я сильный. Что-то она сегодня расстроилась из-за того, что туалетную тему вспомнили, да?
«Эх, Юлька», – подумала Кира. За сегодняшнюю фразу про жижу снова стало стыдно.
KK_boxer: Юль, прости, что снова всплыла эта история про жижу.
Girl-kumiho: Ну, жижа такая. Всплывает иногда. Всё ок.
KK_boxer: Хех. Как искупить вину?
Girl-kumiho: Посмотри сериал «История девятихвостого лиса». Потом расскажешь. И всё.
KK_boxer: И всё? Всего-то? Идёт!
Когда Кира зашла в спортзал, все уже построились в шеренгу. Даже Лис успел.
Чапаев окинул опоздавшую раздражённым взглядом, но ругать не стал. Кира слегка разочаровалась: а как же десять «штрафных» отжиманий? В Питере у них всегда так было. Хотя, впрочем, чего ещё ожидать от Чапаева? Он даже имя её запомнить не может.
– Так, товарищи боксёры, сводная тренировка прошла, мы на вас посмотрели, – начал он.
– Как же, посмотрели, – шепнула Кира стоящему рядом Лису. Тот кивнул.
– Впереди у нас соревнования – турнир Лиги московского бокса. И от нашего спортклуба выступит Павел Пак.
Послышались аплодисменты. Пак при этом не сделал шаг вперёд – так и остался стоять в шеренге. Лис два раза хлопнул и уткнулся взглядом в пол. Щёки у него горели.
Кира сцепила зубы – не берут на соревнования.
Что ж, неудивительно.
У Чапаева загудел телефон в руке.
– Давайте, разминайтесь, потом у нас работа в парах, – произнёс он и вышел в коридор.
– Один нападает, другой защищается, – снова зашептала Кира так, чтобы никто не услышал, кроме Лиса.
Тот ничего не ответил. Даже с места не сдвинулся. Все остальные тоже не спешили делать разминку.
– Ну спасибо тебе, блин, – подал голос Платоха.
Кира не сразу поняла, что он обращается к ней.
– Угу, – повторил за ним Диман. – Сама три раунда простояла, а потом на мешке отдыхала. А меня восемь раундов колошматили…
– Да потому что не надо было подсобку открывать! – поддакнул Никита.