– Сможем ли мы когда-нибудь полюбить друг друга? Будет ли это любовь? – быстро прошептала Юлька Кире на ухо. – Это я тебе последние строчки перевожу… Хотя он вместо «будет ли это любовь» спел что-то вроде «будет ли это человек»… Или… Честно говоря, я вообще не знаю, что он сейчас спел.
Песня закончилась. Повисла секундная пауза, а потом все громко захлопали. Кто-то даже крикнул «красавчик».
Пак театрально раскланялся, а потом замер с микрофоном, пытаясь найти кого-то в зале глазами.
– Да тут она! Бро, ты слепой, что ли! – заорал Лис.
Пак кивнул ему и тут же посмотрел на Киру. И вместе с ним на Киру посмотрел весь зрительный зал: и директриса, и лысый физрук, и девочка-торт, выглянувшая из-за кулис, и Анжелика-Вероника в нарядных белых рубашках, и задние ряды, и передние.
– Эту песню я спел для девушки, которая мне очень нравится, – произнёс Пак. – Долгое время я пытался убедить себя, что мы просто друзья. И… Как-то что-то ничего не вышло, короче… Кира, давай встречаться!
В абсолютной тишине Кире показалось, что десятки взглядов жгут ей лоб и затылок, а грязные кроссовки вросли в деревянный паркет. И теперь она – статуя, которая не может ни пошевелиться, ни сделать вдох. Даже зрачки не двигаются – хочешь моргнуть, а никак. Захотелось привычным жестом накинуть капюшон толстовки, но руки налились свинцом.
Актовый зал несколько минут жужжал, как растревоженный улей, и наконец захлопал.
– Как романтично! – пискнули позади Киры.
– Мужик! – прокричали басом откуда-то слева.
Пак поклонился ещё раз и исчез за сценой. Кира, наконец, очнулась от своего оцепенения.
– Вы знали, да? – спросила она.
– Даже я знал, – буркнул Огурцов. – Мы все боялись, что ты не придёшь… Или что кто-то узнает и скажет тебе заранее. Вот, даже танцевать пришлось.
– Угу, чтобы ты захотела на нас посмотреть и точно пришла! – улыбнулась Юля.
– Кот, ну что ты молчишь, скажи хоть что-нибудь, а то даже я волнуюсь. – Лис легонько толкнул Киру в плечо.
Девочка-торт тем временем сказала короткую финальную речь. Все снова захлопали. Включился верхний свет, и школьники наконец повалили к выходам.
– Пойдём, он в коридоре уже, наверное. – Лис взял Киру за руку и потащил к двери. За ними поспешили Юлька и Огурцов.
Но перед самым выходом появилось неожиданное препятствие – Верандревна.
– Котова! Лисовский! А ну в учительскую! – рявкнула она. – Сию секунду!
Кира с Лисом испуганно переглянулись: они же ничего не сделали.
– Идите, я подожду! – встревоженно произнесла Юлька.
– А я пошёл отсюда. Потом увидимся. – Огурцов поспешил исчезнуть.
– А ну быстро! – снова громыхнула Верандревна.
Пришлось, расталкивая школьников, подняться вслед за цокающей каблуками учительницей.
Верандревна распахнула дверь кабинета. Кира и Лис просочились следом.
– Ну, господа хорошие, на это что скажете? – Учительница пригладила чёрный подол платья и скрестила руки.
Кира подняла глаза: на подоконнике, рядом с горшком с фикусом, сидел Ярик. Под глазом у него красовался огромный синяк.
Глава 23. Я не про плов
За годы занятий боксом Кира никогда не видела такого качественного, красивого синяка. Он идеально обрамлял глаз и был насыщенного фиолетового цвета, как спелая слива. Вот уж точно – с таким синяком не ходил ни один её знакомый боксёр. Сечки были, ссадины были, распухшие носы – тоже. И синяки были, конечно, но таких… Таких ровных и цветных точно не было!
– Это не я, – хором сказали Кира и Лис.
– Ну как же не вы! – поджала губы Верандревна. – Ярослав сказал, что вы… Да и вообще… А кто ещё в нашей школе на такое способен?
– Мы спортсмены, – надулся Лис. – Мы в ринге выступаем в перчатках, а не с кулаками на людей бросаемся. Мало ли что он вам сказал…
– Вот именно, – согласилась Кира. – Да нас и в школе-то не было. Меня вообще всю неделю. А Лиса… То есть Коли вчера…
– Конечно, Лисовский физику прогулял, – пробормотала Верандревна, но в её глазах появился отблеск сомнения.
– Да не прогулял я! – насупился Лис. – Я думал, что заболел. Но не заболел. В общем, не было нас. Не мы это.
– Не вы? – Учительница поджала губы. – Ярослав, ну а что же ты мне тогда рассказал… Это неправда?
– Ну ладно, не они это… – произнёс Ярик, но как-то неуверенно и вяло. – Я так это… Просто сказал… Вообще я сам… упал.
– Интересно, как же это упасть так надо было?
– Ну… Просто взять и упасть.
– Ладно, идите. – Учительница махнула рукой. – А с тобой, Ярослав, я ещё поговорю…
Кира и Лис, переглядываясь, вышли из кабинета.