Следующее мое пробуждение было утром.
Не поднимаясь, я посмотрел по сторонам, на сколько позволяло мое положение и увидел Клорис. Он глянул на меня, улыбнулся, увидев, что я пришел в себя и спросил.
– Жить, будешь? – Я растянул губы и улыбнулся в ответ. Он кивнул головой и сообщил. – Пока, мы уйти от сюда не можем. На охоту не ходили, едим пока софи.
– Где остальные?
– Двое, рядом с тобой. Самый здоровый, это я. Набик вместе с Штор похромала за дровами для костра, а я остался с вами и на разделке софи. – Он показал мне руку с ножом всю в крови. – Бек заползла на холм и наблюдает. Остался Мест. Зря ты ему лечил задницу. Ходить он может, но сидеть нет.
– …? – Я вопросительно посмотрел на него. И он продолжил.
– Мест пошел собирать трофеи и застрял. Кога и Риз, за тобой.
– А с тобой что?
– Мне, малость порвали лодыжку. Рана не очень большая, но болезненная. Ходить могу, если не быстро. Рану залечивал сам, как могу. – Я кивнул лежа головой и он продолжил. – Про Бек ты знаешь. Рану ты ей затянул, но она жалуется на боли. Набик ни кого к себе не подпускает. Если остаются силы, лечится сама, а так все отдает Кога и Риз. Кога жить будет, но пока ему надо отлежаться. С Риз хуже. Его порвали софи. Если бы я не подоспел, совсем бы загрызли.
– Понятно. – Вздохнул я. – Поесть что есть?
Он поднялся с трудом и опустился на противоположной стороне костра. Пошевелил прутиком в углях с краю и вытащил на свет кусок мяса. У меня сразу рот наполнился слюной и я непроизвольно сглотнул. Он усмехнулся, нанизал мясо на палку и через костер подал мне. Я протянул руку, но тот же отдернул от опалившего пламя, он усмехнулся.
– Горячо? А первый костер ты весь втянул в себя.
Мне сразу расхотелось повторно тянуться через костер и я поднявшись, обогнул его, подойдя к Клорис. Беря протянутый кусок мяса, глянул на лежащих на земле Кога и Риз и спросил.
– Какой костер?
– А ты не помнишь? Я думал ты весь сгоришь. Пламя от костра метнулось к тебе… В общем, костер потух, а ты спишь. Этот, уже другой костер.
– Почему мы на этом месте? Можно было бы пойти на прежнюю стоянку. – Жую мясо пробормотал я.
– Конечно, можно, но там повеселились софи. Они сожрали всех наших хатки и нагадили вокруг.
До меня вдруг дошло, о чем рассказывал Клорис и я уточнил для себя.
– Клорис, а почему Риз порвали софи? Они же напали на нас.
– Когда мы пошли в обхват чужаков, то встретили двух чужаков и двух софи. Они у чужаков как ручные были. Пока чужаков не убили, софи выполняли все их команды. Я и Штор с чужаками дрались, а Риз отвлекал на себя софи. Вот и порвали его.
– А Штор, цел?
– Почти цел. Он отделался самой легкой раной. Ему руку, ножом, от плеча и ниже порезали, но Набик рану затянула, а долечиваться он будет в логове.
– Что же получается. Я без единого ранения вышел из нашего боя?
– Выходит так. – Согласился со мной Клорис и криво усмехнулся. – Ты, если оклемался, посмотри Риз.
В логово мы вернулись через пять дней с готовой легендой для Старших.
… Мы ходили далеко в пустоши, в места, где я ходил в первый раз, в сторону лис и нашли там подвал, в котором и переждали Волну. Возвращались обратно, нарвались на лис. Разговаривать с нами не стали, сразу в драку. Их было всего четверо, но при них была стреляющая палка. Потом были софи, вот от них нам досталось. Несколько дней зализывали раны и лечились, как могли. Потом не спеша, добирались до логова.
Стреляющую палку, мы решили отдать Старшим, что бы не привлекать их внимание и лишний раз не раздражать. Кстати надо отметить, что это было ружье и в нем оставалось совсем мало заряда в блоке питания. С наличием блоков питания у Старших, я был уверен, проблем не будет. А вот с ружьем, ни кто из наших заморачиваться не захотел. Жилеты и пояса енотов, мы побоялись передавать Страшим, уж слишком они отличались от наших и если бы мы их отдали, нас бы сразу же вычислили. В найденном нами подвале, ни чего интересного мы не нашли, кроме сгнившего хлама…
Поход к пролому
Лично мне, дали отдохнуть и придти в себя, всего три дня. После этого заявился Ост и практически потребовал, что бы я показал дыру с которой мы спускались, когда выбрались из тоннеля. Мне этого делать совершенно не хотелось, но и отказаться я не мог.