Я молчал, пытаясь понять, что тут вообще происходит.
— Глубоко в подземелье они развели под котлом огонь и теперь следят, чтобы пламя горело ровно, — добавила матрона, не отрывая от меня взгляда. — Потому Вржидло такой горячий!
Я по-прежнему стоял и молчал, не зная, как реагировать на женщину, с серьезным видом рассказывающую о подземном котле и гномах.
— Как, ты не слышал эту историю? — всплеснула руками матрона, ни капли не смущенная моим оторопевшим видом. — Старые карловчане рассказывают ее своим внукам, а те, ясное дело, от души потчуют ими туристов!
И Люська снова залилась громоподобным, но заразительным смехом.
У меня отлегло от сердца – так она пошутила!
— Честно говоря, еще не приходилось слышать ничего подобного, — поддаваясь веселому настроению матроны, улыбнулся я.
— Кстати, здесь ходит еще одна легенда, — обнаружив во мне благодарного слушателя, продолжала Люся.
— Только не это! Давай уже пойдем отсюда! — взмолился Кот.
— Честно говоря, нам уже пора, — как можно любезнее проговорил я.
— И кого именно ты ищешь? — поинтересовалась Матрона, совершенно не собираясь со мной прощаться. – Я здесь почти всех знаю.
— Легенды легендами, а ушки у нее на макушке, — хмыкнул Кот.
— Прямо всех? — усмехнулся я. — При таком потоке туристов?
Мне было очевидно, что Люся просто пытается продолжить беседу, но мне этого совсем не хотелось.
— Туристов, конечно, всех не упомнишь, но из тех, что приезжают постоянно, знаю многих, — заверила женщина.
— Ну прям не отвяжешься от нее, — Кот с некоторым остервенением почесал за ухом.
— Ну, Авраама Симеоновича Вы вряд ли знаете, — бросил я, отходя. — Я и сам-то не уверен, что он где-то здесь.
— Авраама Симеоновича? — на секунду задумалась Люся. — Это Голденберга что ли?
Я остановился, как вкопанный. Кот замер рядом, так и не опустив переднюю лапу на землю.
— Забавный у Вас котик, — хохотнула в своей манере Люся.
— Кот! — машинально поправил я.
Оправившись от шока, я спросил:
— Откуда Вы знаете Голденберга?
— Говорю же, я здесь практически всех знаю, из тех, кто живет в Варах или часто сюда наведывается, — напомнила Люся. — Я сама здесь уже двенадцать лет живу. А в таких городках, как этот, хочешь не хочешь, со всеми рано или поздно перезнакомишься.
— Так Авраам Симеонович сейчас здесь?
— Здесь, здесь, — подтвердила женщина. — Всего пару дней как приехал.
— И Вы знаете, где его можно найти? — спросил я, не веря своему счастью.
— Конечно! — снова хохотнула Люся. — У него распорядок дня всегда один и тот же, уже сколько лет.
— Вот это удачно ты решил кружку купить, — наконец подал голос и Кот.
— Скажите, с ним все в порядке? Понимаете, у меня есть основание предполагать, что с ним случилось что-то нехорошее, — признался я. — Возможно, он болен.
— Болен? — Люся нахмурилась. — Утром он мне больным не показался.
— Вы видели его этим утром?!
Матрона весело мне подмигнула:
— Да не волнуйся ты так, живее всех живых твой Авраам Симеонович.
— И где он сейчас? — вопросил Кот.
— Вы знаете, где его найти? — спросил я.
— Слушай, мне надо отойти ненадолго, — заговорщицким тоном проговорила Люся, — а товар оставить я не могу. Давай ты за кружечками моими присмотришь, а когда я вернусь, все подробно объясню: куда идти и где искать. По рукам?
— Так это далеко отсюда? — вздохнул я.
— Ну это смотря откуда смотреть, — неопределенно ответила Матрона. — Приду и сразу все расскажу. Ты главное не уходи никуда!
И Люся, вопреки своей довольно крупной комплекции, проворно двинулась вдоль улицы и скрылась за первым же поворотом.
— Вот это да, – протянул Кот.
— Это точно, – согласился я. – Повезло так повезло!
— Лишь бы не пришлось снова трястись в автобусе, — посетовал Кот. — Такие поездки начинают действовать мне на нервы.
— Ты уж потерпи, — попросил я. — Должны же мы добраться до Голденберга, раз уже почти нашли его.