— Ну да, — как ни в чем не бывало кивнула Люся.
— Так мы же и так к нему шли, — я не смог сдержать эмоций и повысил голос. — Я же Вам об этом с самого начала сказал!
— И что?
— Как это что?! Я потерял два часа времени, схлопотал огромным стеллажом по голове, а теперь еще и, возможно, разминулся с Голденбергом. И все это только потому, что Вам некого было оставить на товаре, пока Вы целый час где-то шлялись!
Несмотря на мою эмоциональную тираду, Люся осталась спокойной:
— Но ведь на это можно посмотреть и с другой стороны: если бы ты не встретил меня, ты бы мог вообще не найти того, кого ищешь, — заявила она. — В конце концов, где гарантия того, что, даже направляясь к Гейзеру, ты не свернул бы на ближайшем перекрестке, увидев что-нибудь интересное?
Я задумался над словами матроны, а она продолжала:
— К тому же, ты бы никогда не зашел в этот магазин, в котором ты хоть и немного пострадал, но и получил настоящий дар. А что касается того, что я где-то шлялась, — последовала небольшая пауза, — так я бегала домой накормить обедом детей, они у меня там одни сидят.
Мне стало так совестно, что я не знал, как посмотреть Люсе в глаза. Она ведь была права во всем.
— Вы меня простите, — виновато проговорил я. — Видимо этот шкаф дал мне по голове сильнее, чем я думал. А, может, я просто идиот, — уже не ища себе оправданий сказал я.
— Ничего все нормально, — тут же улыбнулась мне Люся. — Со всеми бывает.
— Простите! – еще раз повторил я.
— Времени уже действительно много, — перевела разговор Люся. — Вам пора – у Авраама Симеоновича все строго по расписанию.
— Это точно, — согласился я. — Мы тогда пошли?
— Идите-идите! — кивнула Люся. — Уверена, вы его отыщите, не сегодня, так завтра.
Я махнул рукой на прощание, и мы с Котом двинулись дальше по улице.
Чем ближе мы подходили к колоннаде с квадратными окнами во всю стену, тем больше нам встречалось людей, потягивающих воду из носатых кружек. Там за большими окнами и находился знаменитый Гейзер.
Мы вошли внутрь. В центре размещался круглый бассейн, из которого время от времени под большим напором вырывалась струя воды, поднимающаяся до самого потолка.
Внутри колоннады прогуливалось несколько человек.
Я достал свою новенькую носатую кружку и, присев на отделанный деревом край бассейна, зачерпнул из источника воду. На вкус она оказалась солоноватой и почти горячей.
— Честно говоря, на любителя, — вынес я свой вердикт. — Не хочешь попробовать?
Кот закатил глаза и отвернулся.
— А что? Подлечишься немного!
— Премного благодарен! — фыркнул Кот.
— Ну давай! — не отставал я от своего хвостатого друга. Головная боль, появившаяся после падения, почти совсем утихла, и мое настроение стало приподнятым. — Где еще у тебя будет возможность испробовать…
На полуслове я замолчал. Кот вопросительно на меня посмотрел. Я кивнул на противоположную сторону источника.
Там точно так же на краю бассейна сидел Авраам Симеонович и, как ни в чем не бывало, читал газету, время от времени потягивая воду из большой носатой кружки.
В следующее мгновение я уже стоял около него, без конца восклицая «Авраам Симеонович! Авраам Симеонович!».
Старичок оторвал взгляд от газеты и добродушно мне улыбнулся:
— Ааа, Женя! Рад Вас видеть, молодой человек.
— Авраам Симеонович, с Вами все в порядке? — наконец проговорил я нечто членораздельное.
— Конечно, со мной все в порядке. Что со мной может случиться?
— Но Вы исчезли! И магазин закрыт! И вещи все мои пропали! — затараторил я.
— Я просто решил немного поправить здоровье на водах, — преспокойно заявил Голденберг. — А Вы, получается, набрались-таки смелости и взломали мой магазин?
— Пришлось, и, знаете, это было нелегко, потому что… Стоп! — до меня только теперь начал доходить смысл сказанного. — Что значит, Вы решили поправить здоровье на водах?! Вы отправили меня прогуляться в тот вечер, а сами по-быстрому собрали вещички и поехали сюда?
— Ну а что тут такого? — пожал плечами Авраам Симеонович. — Я не реже двух раз в год приезжаю в Карловы вары попить целебной водички, набраться сил в конце туристического сезона или перед его началом. Конечно, Вы можете возразить, что этот курорт уже не тот, но знаете, что я Вам скажу…