— Увы, — я многозначительно опустил глаза долу и для пущего эффекта шмыгнул носом.
Повисло молчание, которое начало затягиваться.
— А билет, похоже, дома забыл, — тоскливым голосом напомнил я о своей проблеме.
— Проходи, мужик! — хлопнул меня по плечу многодетный отец.
Я не смог сдержать радостную улыбку, но этого и не требовалось.
— И не шарахайся слишком долго – дите заморозишь, — заботливо посоветовал на прощание его напарник.
И вот я на Красной площади, светящейся словно елочная игрушка.
— Ну ты и Андерсен! — высовывая из кулька голову, проговорил Кот.
— Что делать? Пришлось импровизировать, — проговорил я, осматриваясь. — Зато посмотри, какая красотища!
Мы прошлись по главной площади страны. Все тонуло в свете новогодних огней. Вокруг смеялись и фотографировались люди. Многие катались на коньках по льду большого катка рядом с ГУМом.
До нового года оставалось еще сорок минут.
Я купил стакан горячего чая с медом и лимоном и облокотился на высокую деревянную бочку, служившую столиком. Кота я временно выпустил из теплого пледа – у меня совсем затекли руки, а у него, судя по долгим потягиваниям на снегу, лапы.
— Только о себе и думаешь, — наконец, подал голос Кот. –—А я должен с голоду умирать, да?
Я закатил глаза.
— Здесь не продается ничего из того, что ты обычно ешь. Хочешь куплю тебе хот-дог?
— Покорно благодарю! — презрительно фыркнул Кот.
Я припомнил, как котище уплетал чешский хот-дог на автовокзале в Праге, но решил предусмотрительно промолчать.
— Извини, я как-то не подумал прихватить для тебя чего-нибудь съестного из дома.
— Я же говорю, только о себе и думаешь, — и Кот обиженно отвернулся.
— Совсем скоро ты сможешь загадать желание под бой курантов — загадай «Вискас», — усмехнулся я. — Желания, загаданные под новый год, обязательно сбываются.
— С чего это ты взял? — хмуро протянул Кот.
— Это все знают.
Мне нравилось стоять на Красной площади, пить быстро остывающий, но ароматный чай, наблюдать за предновогодней суетой. А когда с неба начали падать пушистые снежинки, сначала редкие, а потом их становилось больше и больше, мне показалось, что я нахожусь внутри стеклянного шара, который кто-то хорошенько потряс.
От холода правую переднюю лапу Кот держал на весу. Я как раз задержал на ней взгляд, когда прямо под лапу упал черный кожаный кошелек.
Я поднял голову и успел увидеть отходящую от домика, в котором продавались напитки и сладости, высокую светловолосую женщину в пальто с меховым воротником и темно-синей фетровой шляпе. В ту же секунду веселая компания заслонила от меня фигуру женщины, и она растворилась в толпе.
Почему-то я оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что никто за мной не наблюдает, будто я не нашел этот кошелек, а украл его. Нагнувшись, я поднял находку.
— Кошелек, — констатировал я.
— И он не твой, — тут же заявил Кот.
— Та женщина обронила, — тихо заметил я. — Посмотрим, может визитка с номером телефона есть.
Я расстегнул кошелек и не поверил собственным глазам: он весь был набит новенькими купюрами в евро, их было столько, что они едва помещались в отделениях для банкнот.
— Вот это да, — присвистнул я.
— Ну что, есть там визитка? — поинтересовался Кот.
— Визитки нет, но здесь есть кое-что гораздо интереснее, — ответил я, стараясь не светить кошельком, — и полезнее.
— И что же это?
— Деньги, — прошептал я. — Очень много денег.
— И они не твои, — снова объявил Кот.
— Уже мои, — не в силах скрыть радости, заявил я.
— Нет!
Я присел рядом с Котом и зашептал ему в самое ухо:
— Слушай, найти эту дамочку среди такого количества людей просто нереально.
— Поэтому и пытаться не стоит, да? — не сдавался Кот.
— А мне эти деньги ну очень пригодятся, сам знаешь, — пропуская вопрос мимо ушей, продолжил я. — Это же сбылось мое желание, понимаешь?
— Если бы ты нашел этот кошелек на пустынной улице, я бы еще мог с тобой согласиться, но ты видел, кому он принадлежит, а значит надо вернуть.