— Кот!
— Просто сделай это, — это были последние слова, которые я услышал, а скорее просто ощутил их дуновение в своей голове.
Больше
На четвереньках я подполз к краю – облака мирно плыли внизу, создавая впечатление, что гора вырастает прямо из них. Я завороженно смотрел на это великолепие, пока внезапно до меня не дошло то, что я должен был сделать.
— Только не это, — прошептал я.
Я отполз назад и сел, обхватив руками колени.
Мне вспомнились видео, на которых любители адреналина сигали с мостов, зданий и прочих верхотур – только они делали это со страховкой. К тому же вряд ли кто-то прыгал из одного мира в другой
У меня же не было ни страховок, ни гарантий.
Собравшись с силами я снова подполз к самому краю и заставил себя подняться на ноги. На всякий случай я держал руки вытянутыми по двум сторонам, боясь потерять равновесие. Я вытянул шею и посмотрел вниз – в этот момент между облаками образовалось свободное пространство, и я понял, что смотрю в бездну.
Я отшатнулся и, закрыв лицо руками, упал на твердый камень, понимая, что никогда, НИКОГДА я не смогу прыгнуть в бездонную пропасть. Даже если от этого будет зависеть моя собственная жизнь.
Не знаю, сколько я так пролежал, но когда я заставил себя подняться, было уже совсем темно. Я решил, что просуществую столько, сколько мне отмерено, а потом будь что будет.
Лишь бы не шагать в бездну.
Вместе с ночью пришел холод. Мне нечем было укрыться, и я дрожал, стуча зубами и не чувствуя собственных конечностей.
Даже пребывая в невыносимом физическом дискомфорте, я постоянно думал только об одном: неужели это все? Неужели все вот так для меня закончится?
И тогда я разозлился. Перед моими глазами встал весь тот путь, который мне суждено было пройти, чтобы понять многие вещи. Я вспомнил свой уютный книжный магазинчик, который так и не успел открыть. Вспомнил с каким замиранием сердца ждал Полину в аэропорту. Вспомнил Кота, вечно цепляющего меня по любому поводу. Эти простые живые вещи словно маяки, освещающие путь кораблям, вытаскивали меня из глубины собственного смирения.
Как же я разозлился!
В конце концов, кто вообще сказал, что я должен сигать со скалы?! Это же противоестественно? Ни одно живое существо в здравом уме не станет прыгать с такой высоты!
Стоя на одном месте, я топал в конец замершими ногами, снова и снова крутя в голове захватившие меня мысли. Пока вдруг не осознал простой истины: мне можно навязать чужую игру, только если я сам соглашаюсь играть в нее.
Но почему я согласился принять эти правила?
— Между мирами нет и не может быть никакого солнца. Нет дня и ночи. Нет холода и жары, – шептал я вслух, едва двигавшимися от холода губами.
Я повторял это снова и снова, снова и снова, снова и снова…
Я так и не понял, как это произошло. Не было резкой вспышки или медленного отката назад, я вдруг осознал, что темноты вокруг больше нет, как не было и света.
Исчезла гора, облака, плато внизу. Я опустил взгляд на себя, но ничего не увидел. Все, что у меня осталось – это мое сознание.
Меня не было, и одновременно я был.
Я ощущал словно растворяюсь, просачиваюсь куда-то.
В эту секунду я понял, что именно сейчас нужно принять решение.
Я мог вернуться в свой мир или в параллельный. И для меня не было дилеммы в этом вопросе – я знал, где хочу оказаться больше всего на свете. Но так же хорошо я осознавал, что Кота там уже не будет, потому что он навсегда застрянет в другом мире, на этот раз не успев выскочить за мной.
И тогда я принял единственно верное решение – я вернулся за Котом.
Глава 32
Еще не открывая глаз, я услышал ее – свою реку. Как же я был ей рад! Переливы воды были яростными, бурлящими. И губы сами собой растянулись в улыбке.
— Он еще лыбится!
Я распахнул широко глаза и повернул голову на голос. Справа, прямо на кровати рядом с подушкой сидел Кот – тот самый, который стал мне лучшим другом, учителем и проводником. И это был не просто бесплотный голос, а большой черный пушистый кот с белыми лапами и манишкой.