Мне все еще приходилось нести в руках его переноску, что отнюдь не добавляло прогулке легкости. В конце концов я сбросил вещи у края моста и сам уселся рядом, прислонившись спиной к холодному камню. Кот устроился около меня, изящно накрыв хвостом передние лапы.
— Ну, вот мы и в Праге, — констатировал мой друг. — А дальше что?
— Понятия не имею, — честно признался я.
— То есть ты думал, что вот так отбросишь все заботы, возьмешь билет на самолет, прилетишь в совершенно незнакомый город, в другую страну, где у тебя нет ни единого знакомого, плюхнешься посреди Карлова моста, и на тебя снизойдет откровение, которое объяснит тебе тайный смысл этого путешествия?!
Я взглянул на Кота, затем обвел взглядом огромный мост со снующими туристами, прислушался к шуму вод Влтавы, плещущихся внизу, и пожал плечами:
— Честно говоря, примерно так я и думал.
Кот несколько секунд не сводил с меня взгляда, потом произнес что-то вроде «ну-ну» и отвернулся, принявшись за созерцание голубей, сидящих на перилах моста.
Было ясно и солнечно, ничто не говорило о том, что через несколько дней осень вступит в свои законные права.
— А чего это ты вдруг замолчал? — не выдержал я. — Где же твои заумные мысли и непрошенные советы?
— А зачем? — спокойно спросил Кот. — Это ведь твое путешествие, значит ты лучше кого бы то ни было знаешь, как его провести.
Я стиснул челюсти.
— Ты же прекрасно знаешь, что я понятия не имею что делать дальше!
Кот понимающе кивнул:
— Бывает.
— Ты что издеваешься?! — вспылил я. — Именно сейчас, когда мне очень пригодился бы один из твоих просветленных советов, ты решил самоустраниться?
Прохожие с интересом поглядывали на меня – парня, усердно что-то доказывающего огромному черному коту. Но мне было наплевать: как заметил Кот, я был в чужом городе, в другой стране, где у меня не было ни одного знакомого, и где мало кто вообще мог понять, что я говорю. Поэтому, даже если все эти люди, топчущие величественный Карлов мост, сочтут меня за умалишенного, мне будет абсолютно все равно.
— Может, все-таки скажешь что-нибудь? — не унимался я.
— Я уже все сказал, — протянул Кот. — Это твое путешествие, и только ты знаешь, куда нужно идти.
Я несильно пнул ногой стоящую рядом сумку-переноску:
— Да ничего я не знаю!
— Значит скоро узнаешь, — заявил Кот.
Я провел руками по волосам и прислушался к себе. Увы, никаких подсказок, внутренних ощущений, снизошедших откровений я не ощутил. Единственное, что давало о себе знать, так это усталость и голод.
— Ладно, — поднялся я. — Закинем вещи в какой-нибудь отель и поедим. Остальное подождет!
— Очень мудрая мысль, — немедленно похвалил меня Кот. — Умнеешь на глазах!
Мы прошли до конца моста и отправились вдоль узких улочек в поисках пристанища. К сожалению, ни в аэропорту, ни позже я не догадался купить карту или путеводитель, поэтому приходилось просто крутить головой по сторонам в надежде на то, что нам попадется какой-нибудь небольшой отель. И он попался – под одним из множества пражских мостов на углу желтоватого здания я заметил четыре золотые звездочки и говорящую надпись «Chertovka». Похоже, это было то, что нужно.
Сняв в отеле самый дешевый номер, я бросил вещи на кровать и отправился в душ. Вода сняла усталость. Напряжение последних дней немного ослабло, и я вдруг почувствовал, что приезд сюда был правильным решением, что бы он не сулил.
Я переоделся в свежую одежду, и мы с Котом отправились на поиски ресторана. Вернее, учитывая необходимость экономить финансы, это должно было быть уличное кафе. Но нам было все равно – лишь бы там подавали еду.
С этим в Праге проблем не было. Очень быстро наше внимание привлекло уютное кафе с названием, которое я никак не мог разобрать. Я открыл дверь и вошел внутрь. Стоявший за стойкой мужчина средних лет с огромными усами, кончики которых были подкручены кверху, с сомнением покосился на Кота, но протеста против его пребывания не выразил.