— Ладно, умник, — насытившись непривычным завтраком, протянул я, —блесни-ка еще раз знанием языка – как будет «Счет, пожалуйста»?
— «Учет просим», — не задумываясь ответил Кот.
Мы вышли из кафе и остановились в нерешительности. Правильнее сказать, что нерешителен был только я, но поскольку Кот на сей раз выбрал для себя роль сопровождающего, свою нерешительность я распространил и на него.
— Может, просто город посмотрим? — предложил я.
— Как пожелаешь, — покорно ответил Кот.
— А ты бы чем предпочел заняться?
— Поесть.
Я уставился на Кота:
— Ты же только что поел!
— Тогда поспать, — в том же тоне ответил тот.
— Ну, понятно, — протянул я, качая головой.
От Кота ждать каких-то идей на сей раз не приходилось, и мы поплелись по улочке. Просто вперед.
Оказавшись у Пороховой башни, полюбовались образцом модерна – Муниципальным домом, снова вышли на Староместскую площадь, прошли мимо возвышающегося Храма Девы Марии перед Тыном, миновали костел Св. Миклуша, дошли до Сословного театра, затем прошли еще одну длинную улочку и оказались у Вифлеемской часовни, а от нее вышли на Карлову улицу и снова оказались на Карловом мосту.
Откуда я узнал все эти замысловатые названия зданий и улиц? Я их не знал – Кот, подобно надоедливому гиду, оглашал названия практически всех построек, оказавшихся на нашем пути. И только одному провидению известно, откуда он все это знал!
У меня даже родилось подозрение, что Прага – его родной город, откуда он был выкраден маленьким котенком, и все события моей жизни складывались именно так и не иначе только затем, чтобы вернуть это непостижимое создание домой.
Но когда я поделился своими догадками с Котом, он развеял мои подозрения всего тремя словами.
А именно он сказал:
— Не болтай чушь!
Допытываться же, откуда он знает этот город и чешский язык, было столь же безнадежным занятием, как и расспрашивать Кота, каким таким волшебным способом он вообще со мной общается.
Итак, мы снова стояли посреди Карлова моста. На этот раз без лишних вещей, но и по-прежнему без единой мысли в голове на тему, что же делать дальше.
— Может с моста спрыгнуть? — пошутил я.
Кот даже ухом не повел.
— Молчание – знак согласия! — я повысил голос, требуя к себе внимания.
— Мне все равно, — протянул Кот. — Это же твоя жизнь. Со своей лично я так бы не поступил.
— Серьезно? — обиделся я. — Тебе было бы все равно, если бы я прямо сейчас сиганул с моста?
— Конечно нет, — признался Кот.
И мне стало как-то легче и теплее внутри.
А потом Кот добавил:
— Кто бы тогда оплатил мой обед?!
Ничто в мире не могло изменить это животное.
Глава 15
Следующие несколько дней мы провели точно так же, как и первый: бродили по городу и перекусывали во всевозможных пражских кафе. Я побывал на Старом еврейском кладбище, увидел раннеготическую Староновую синагогу, расположенную по соседству Еврейскую ратушу. Однако, в еврейском квартале почти не оказалось недорогих заведений, поэтому мы довольно быстро оттуда ретировались.
Побродили по Мала-Стране – квартале, который можно смело назвать пражским барокко, по крайней мере, так сказал Кот. Чего стоит один Вальдштейнский дворец?! Или Барочный парк?!
Добрались мы и до Градчан – еще одного исторически сложившегося района Праги. Монументальный Собор Св. Вита поражает воображение: гигантское здание сочетает в себе готику, ренессанс и барокко. Последнее, как вы уже поняли, мне любезно сообщил мой хвостатый приятель.
А ровно через неделю, когда мы к ночи вернулись в «Чертовку», и на ресепшен нас попросили оплатить дальнейшее проживание в отеле, оказалось, что мне это уже не по карману. Остатки моих скромных средств ушли на наши частые перекусы в местных заведениях. И хотя у меня еще оставалась, так называемая, несгораемая сумма, предусмотрительно отложенная мной на обратный билет, было бы глупо на несколько дней продлить проживание в отеле, а потом остаться заложником чужой страны.
Самым разумным выходом из данной ситуации был, конечно, выезд из отеля, покупка обратного билета и возвращение домой. Только вот мне чертовски не хотелось покидать Прагу. Мне было там хорошо.