— Я уже старый человек и питаю слабость к комфорту, — приподнял брови Авраам Симеонович.
— Отлично Вас понимаю, — кивнул я.
Кот одобрительно дернул хвостом.
— Работа не сложная, — перешел к делу хозяин, когда мы вернулись в торговый зал. — Клиентов я обслуживаю сам, но мне бы очень пригодился помощник: что-то принести, что-то подать, расставить товар, упаковать покупку, ну и разные небольшие поручения. Уверен, молодой человек, что для Вас это не будет затруднительно. Жить Вы можете здесь, в комнате для отдыха, которая, если я правильно понял, вполне Вас устроила.
Я кивнул.
— Мой магазин работает семь дней в неделю, но, разумеется, я буду предоставлять Вам выходные, — продолжил Голденберг. — Что касается оплаты, можете не переживать об этом – Авраам Симеонович еще никого не обижал.
Закончив говорить, старичок внимательно на меня посмотрел чуть прищуренными глазами.
— Вам подходит мое предложение? — поинтересовался он.
Я взглянул на Кота, успевшего запрыгнуть на деревянный прилавок.
— По поводу своего друга не волнуйтесь, — проследив за моим взглядом, поспешил заверить меня хозяин магазина. — Я прекрасно понимаю, что без него Вы не останетесь, поэтому мое предложение распространяется на вас обоих.
— Авраам Симеонович, — неуверенно начал я, — это просто замечательное предложение, но я не могу понять главного: зачем это нужно Вам? — решил я спросить прямо. — Зачем Вам связываться с нелегалом, да к тому же совершенно незнакомым Вам человеком? Позволять ему жить в магазине, где хранится весь Ваш товар? Платить зарплату? Да море желающих сбегутся на это место, стоит Вам лишь дать объявление. Вы ведь даже не знаете меня. И его! — кивнул я на Кота.
— Видите ли, Евгений…
— Женя, — поправил я.
— Видите ли, Женя, с улыбкой заговорил старичок, — я привык доверять собственной интуиции. Мое чутье еще ни разу меня не подводило, — Авраам Симеонович заговорщицки приложил указательный палец к носу. — И сейчас моя интуиция говорит мне о том, что Вам можно доверять. А еще, что Вам нужно помочь, — тихо добавил старичок.
— А ты чего молчишь? — не скрываясь, обратился я к Коту.
Кот неожиданно чихнул.
— Странный ты человек, — проговорил он, поводя усами. – Сначала ты всем своим существом хочешь, чтобы твое желание исполнилось, а когда это почти случается, ты ищешь предлог, чтобы сделать шаг назад.
— Ничего я не ищу! — запротестовал я.
— Неужели?!
— Что же Вам посоветовал Ваш Кот? — весело поинтересовался Авраам Симеонович.
Я вздохнул и улыбнулся старику:
— Кот посоветовал непременно принять Ваше предложение.
— Вот и отлично! — хлопнул в ладоши Голденберг. — Мне еще нужно уладить одно дельце, а вы пока тут осваивайтесь. Чуть позже я вернусь, и тогда вместе откроем магазин.
Авраам Симеонович ушел. Проводив его взглядом сквозь стекло витрины, я подошел к высокому прилавку, на котором, словно гигантская статуэтка, продолжал восседать Кот, и, подпрыгнув, уселся рядом.
— Все-таки очень уж странно все это, — сказал я. — Ну какой нормальный бизнесмен оставит на товаре первого встречного?
— Нормальных людей не так много, как принято думать, — заметил Кот.
— А ты прав! — встрепенулся я. — Вдруг он маньяк или серийный убийца? А может главарь преступной шайки – и как раз сейчас ведет сюда громил с резаками?!
— И зачем? — флегматично спросил Кот. — Взять у тебя нечего. Ценными сведениями ты не обладаешь.
— А может они заманивают сюда как раз таких людей, как я, которых никто не будет искать, и пытают их ради удовольствия?
— Ну ты загнул! — фыркнул Кот.
— Нет, ну серьезно! Может, смоемся отсюда, пока не поздно? — предложил я.
— Ну если ты настаиваешь, — Кот внимательно посмотрел на меня, а затем спрыгнул вниз и подошел к входной двери.
Я не двигался. Когда я по-настоящему понял, что могу прямо сейчас уйти, и никто не станет меня останавливать, мне почему-то очень захотелось остаться.
— Ладно, — сказал я, помедлив, — останемся пока. В конце концов, мы ведь можем уйти отсюда в любой момент, верно?