- У нас и связь-то через десятое колено, но об этом в курсе только свои. Брось, и ты, и я знаем, что семья — наша сила, но и наша уязвимость. И в том числе поэтому для всего мира у Харона и Стика чисто деловые отношения. У моего отца официально нет двоюродных братьев и сестер. А что первая леди Стика с Харона, так, то – совпадение. Ну и еще с десяток таких совпадений. Не суть. Никто и никак не мог связать меня с Габи. - Мартин развел руками и потер виски. - Кто-то мог предположить, что мы знакомы, так как я принц, а она принцесса. Но ведь на втором курсе учится наследница Третьего рианского государства, а в аспирантуре — несколько сынов из знати Монархии. Но телепортнуло меня именно к Габриэле. В общем, ничего не понимаю. Я подумал бы на Изменяющих реальность, но, - Марти скривился, - они «работают» в нашем прошлом, а не настоящем.
- Не думаю, что это они, - согласился Верховный. - Кто-нибудь мог затаить на тебя обиду или тому подобное?
- У меня нет политических врагов, ты же знаешь. По крайней мере, явных. Даже знать лишний раз боится слово про меня сказать.
Что ни говори, но нынешний Монарх Бангина держал всех на коротком поводке: его гнева боялись, но при этом народ любил и уважал своего правителя. Образец подражания для Мартина — самый родной. При мысли о родителях парню взгрустнулось: занятый своими делами, пусть и глобальной мировой важности, он давненько не навещал их и брата.
- Разберемся, - с теплой улыбкой приободрил его Главный Лорд. - Так. А что скажешь про Элис?
Марти по-доброму усмехнулся.
- Она очень нравится Нилу, не стирай пока девочке память, - попросил он.
***
Попрощавшись с любимым «дедушкой», Мартин какое-то время походил из стороны в сторону, обращаясь то в кота, то в юношу. Он перебирал в уме всех своих знакомых и малознакомых. Но никто не подходил — устроить сбой в техно-магическом портале мог только кто-то опытный и сильный. А все такие подходящие кандидатуры относились к семье.
Конечно, любой магический дар можно было развить, причем используя темную, разрушающую магию, сделать это довольно быстро. Но даже учитывая это, Марти не мог понять, кому и зачем это нужно.
Будучи по натуре общительным и веселым, он легко заводил себе друзей. Будучи проницательным, легко видел, кто из новых знакомых просто хочет быть ближе к власти. Но и общение с ними он прерывал мягко и почти незаметно. И за все три долгих рианских года учебы (плюс год аспирантуры) врагов и недоброжелателей не нажил.
Марти вздохнул и плюхнулся на подушки. Родной Университет — место беззаботной юности. Он очень был рад вернуться сюда, тем более в статусе преподавателя, да и в глубине души давно мечтал, что когда-нибудь сможет прочесть здесь полноценный курс лекций. Может быть, в следующем году? Совмещать получится. В конце-концов не один он спасением прошлого и мира занят. А уж с этим недоразумением (не проблемой даже) они разберутся.
Университет — место всегда казавшееся ему самым безопасным. И вот те раз, подстава. Место, где ему было хорошо.
Мартин тихо вздохнул. Воспоминания с тихим ветром прокрадывались в разум. Первый поцелуй, первые отношения, расставание, а потом красивая девушка с темными локонами и глазами, не испугавшаяся его звериной сущности, казалось, принявшая его таким, какой есть. Аромат ее земляничных духов, Марти то и дело чихал от них.
Подумать только, уже четыре года прошло с тех пор, как они расстались. Зачем только ее вспомнил? Ведь думал, что выгнал напрочь из сердца. Глупости. Просто ностальгия, просто такая обстановка. Хочется вспоминать хорошее и веселое. Да, веселиться они умели, в авантюризме и шуткам не уступая друг другу. Кажется, она была еще более беззаботной, чем Марти. Не то, что серьезная и ответственная Габриэла.
«Габи? - переспросил сам себя Мартин. - Ты чего это на нее переключился вдруг? Помни про огненный шар, а если сильно не повезет, то будущая теща окатит тебя снежной лавиной. Про тестя я вообще молчу. Так, ну это уже слишком, - перевернувшись, уткнулся он носом в подушку. - Ты должен сейчас думать, как оградить эту девочку от неприятностей, а не как ее в новые втянуть. Спи уже».
Марти поерзал, но тут же замер, спиной чувствуя чей-то пристальный взгляд. Обернувшись котом, он подскочил, ощетинившись. Вот только комната пустовала. И никаких чужих, даже самых легких, едва ощутимых запахов, как старательно он ни принюхивался бы.
Всю ночь спалось очень плохо и тревожно.