Мама-кошка, такое чувство, что меня сейчас поделят пополам, чтобы никому не было обидно. Нет бы попросту удвоить количество выдаваемых мне плюшек. А всякие там князья с планами пусть обломятся – коты есть существа независимые и привыкли сами устраивать своё собственное будущее. От помощи не отказываемся, да… но только если она не идёт вразрез с нашими желаниями.
– Мур-р-р?
Уж не знаю, что там решили в высших сферах, но на процедуру биомодификации я попал только после того, как дал аудиенцию императору Михаилу Восьмому. Сам-то он, конечно, планировал наоборот, но воспитанного в условиях анархической диктатуры кота на мякине не проведёшь. А нечего было опаздывать на встречу! Поднял задницу с трона – потерял место. И какая разница, что это простое кресло в рабочем кабинете? Всё равно кое-кто стоит, а кое-кто сидит и важно кивает в такт приветствиям и славословиям. Люблю умную лесть, практически всегда оказывающуюся чистой правдой.
Император, кстати, понравился. Боевой такой дядька с панцирем из орденов на груди. Как по секрету сообщил генерал-майор Цырендоржиев, там даже солдатские кресты за храбрость есть. Не поверите – люди в будущем начинают службу с самых низов, невзирая на происхождение. Уважаю.
Михаил Восьмой говорил много и долго, и даже показалось, будто он нисколько не сомневается в моей разумности. Вот как благотворно действует на сознание и характер людей пятнадцативековая разлука! И никаких тебе «кыш», «брысь», «кудабля» и «хулимяу». Молодцы, как есть молодцы в будущем живут! Одобряю.
Ну и, естественно, не обошлось без орденов. В Российской Империи тридцать шестого века с величайшим почтением относятся к наградам двух предыдущих империй, и у самого императора на мундире вполне мирно уживаются георгиевские кресты, «Владимир» с мечами и бантом, «Красное Знамя» и «Красная Звезда», «Честь и Слава», «Лунный Орёл» третьей степени и медаль «За освобождение Персея».
Мне торжественно вручили орден «Дружбы народов» и орден «Улыбки». Как объяснил Его Величество, эти награды вручаются в первый раз со времён падения Второй Империи и по такому случаю нужно непременно устроить грандиозный праздник с фейерверками, шампанским и всенародным ликованием. И в качестве главного действующего лица – всеобщий любимец и сказочный персонаж Василий Шрёдингер. То есть я.
Согласился на свою голову! Кто бы мог подумать, что праздник не ограничится одной только Землёй! Тридцать две населённые планеты облетел за четыре месяца, и теперь я искренне ненавижу любую лесть и любые славословия в свой адрес. Своеобразная вакцина от болезненного кошачьего тщеславия, пёс побери! Зато примерно представляю чувства первых советских космонавтов после поездок по всему миру. И как только они не стали человеконенавистниками?
Но всё когда-нибудь заканчивается, и наконец-то меня отвезли в госпиталь имени Бурденко. Да-да, если и есть на свете что-то вечное, так это название главного военного госпиталя страны.
Российская Империя. Императорская резиденция «Хабарское». 5 октября 3605 года
– Ну и как по-твоему, Дмитрий Аристархович, предки оценят шутку с говорящим котом? Это ведь для нас коты кажутся ожившей сказкой, но ведь там они обычные домашние животные, не так ли?
В высшем руководстве Российской Империи с давних времён считалось хорошим тоном совмещение нескольких должностей – своеобразный показатель здоровья и работоспособности, и Светлейший князь Шойгу не был исключением. Являясь одновременно канцлером и начальником ГРУ, он принимал живейшее участие в правлении огромным государством и искренне огорчался при виде ошибок и неправильных решений императора. Но сейчас Дмитрий Аристархович испытывал явное облегчение.
– Так это была шутка, Михаил Алексеевич? Однако шуточки у вас…
В разговоре наедине Светлейший князь не называл старшего сводного брата Его Императорским Величеством, но упорно игнорировал просьбы вернуться к обращению на «ты».
Император рассмеялся:
– Ну да, у меня поначалу мелькнула мысль о назначении Василия чрезвычайным и полномочным послом империи в Земной Федерации, но побоялся, что у предков может оказаться недоразвитое чувство юмора. Поэтому предлагаю утвердить его на должности почётного консула. Для этого, кстати, подданство необязательно.
– Зачем?
– Что зачем?
– Зачем эта клоунада?
– И вовсе не клоунада, – слегка обиделся император. – Я читал в летописях, что раньше только тот мог считаться приличным человеком, у кого дома жил кот или кошка. А лучше и тот и другой. Так мы сразу покажем предкам свою порядочность.
– Логично.
– Именно! И потом… представь рожи этих типов из Совета Содружества, когда они узнают о появлении в империи новой расы разумных существ. Это ведь не муравьи-переростки, недобитые в давней войне, а ожившая легенда. И если есть одна, то почему бы не быть другим, а? Мало ли ходит сказочек о сверхоружии и прочих супертехнологиях древности? А престиж?
Светлейший князь Шойгу задумался. Действительно, вопросы престижа в современном мире имеют куда большее значение, чем в далёком прошлом. Там многое решалось при помощи денег, а в нынешние времена это сделать не так-то просто. Однако почти сразу же Дмитрия Аристарховича озаботила следующая проблема:
– А с чего мы вообще начнём контакт с предками? Каков предварительный план?
– Нам нужны планы? – удивился император. – На моей памяти по планам чётко проходили только пьянки, да и то с изрядной долей импровизации. Не будь занудой, Светлейший, и подойди к операции со всей широтой души.
– Вот этого как раз и опасаюсь. Помните, чем закончилась недавняя попытка завербовать военного атташе Содружества? Тогда тоже решили действовать творчески.
– Ну и что? Споили вражеского дипломата до цирроза печени – туда ему и дорога. Может быть, он уже был законченным алкоголиком до приезда к нам?
– Так-то оно так, – согласился Дмитрий Аристархович. – Только с тех пор могущественный клан Венедиктовых-Макаревичей затаил обиду и при каждом удобном случае гадит по мере сил. А так как клану принадлежит более восьмидесяти процентов медийного пространства Содружества…
Император вдруг недобро прищурился и спросил:
– Вроде бы в докладе генерал-майора Цырендоржиева упоминается попытка воздействия на население Земли конца двадцать первого века с помощью подкупа ключевых фигур в их средствах массовой информации? И все ниточки ведут как раз к Венедиктовым-Макаревичам.
– Там была не просто попытка, а полноценный захват.
– В таком случае и мы не станем церемониться. Почему бы нам не начать боевое слаживание с предками с ответного хода?
– В каком смысле? – Светлейший князь Шойгу сделал вид, будто не понял намёка, и вопросительно посмотрел на императора, ожидая разъяснений и прямых приказов. – Что мы будем делать?
– Не мы, а ты! Свяжешься с командованием десантников Земной Федерации по ту сторону междумирового перехода и предложишь идею совместного рейда по глубоким тылам противника. Насколько я понимаю, там достаточное количество людей помнит о гнилой сущности мирового капитализма.
– В первоисточнике гнилым назван империализм, – поправил Светлейший.
– Не говори глупостей, Дмитрий Аристархович. Всем давно известно, что империя является высшей степенью развития общества, и понятие «империализм» должно восприниматься исключительно с положительной стороны. Кота, кстати, возьми с собой.
– А генерал-майора Цырендоржиева? Не хотелось бы разбивать идеально сработавшуюся боевую пару. Сам удивляюсь, что так получилось, но…
Император кивнул:
– Забирай обоих. Николаю Герасимовичу для солидности дадим звание генерала свиты моего Императорского Величества, и вперёд.
– Через тот же самый портал?
– Зачем? Через свой пойдёшь. Вот только не говори мне, что твои орлы не принесли в клювике технологию изготовления междумировых переходов и у тебя не построено по меньшей мере штук пять-шесть.
– Двенадцать, если быть точным, – признался Дмитрий Аристархович. – Из них восемь на ту самую планету и по одному на Луне, Марсе, Церере и Фобосе конца двадцать первого века.