Я с удивлением наблюдала, как Неро садится напротив меня. Я буквально слышала коллективный шок нескольких сотен солдат Легиона. Ангелы не садились здесь, в этом конце комнаты, с рядовыми солдатами. Я удивилась, что скамейка не рухнула под весом его бесконечной святости.
Неро, казалось, не беспокоился о том, что люди в открытую пялятся на нас. Он сложил руки на столе и наблюдал за мной.
— Ладно, в чем дело? У меня в зубах что-то застряло? — спросила я у него.
Его взгляд метнулся к книге.
— Ты выучила первые четыре главы.
Ну, «выучила» — едва ли правильное слово. Скорее, продралась через четыре главы. Я не поняла и половины из прочтенного. Не то чтобы я собиралась признаваться в своей несостоятельности. Я просто перечитаю главы еще раз. И конечно, во второй раз они должны казаться понятнее.
Так что я просто притворилась.
— Надеюсь, мой прогресс удовлетворителен.
— Посмотрим, когда я тебя испытаю.
— Я так и знала, что будет тест, — проворчала я.
Неро продолжал.
— Думаю, это будут вопросы с развернутым ответом. Десять штук. Две страницы на каждый вопрос. И конечно же тебе придется нарисовать диаграммы.
— С развернутым ответом… — я остановилась. Краткая вспышка веселья в его глазах выдала Неро. Я рассмеялась. — Ты меня дуришь.
— Я бы никогда так не поступил, — серьезно ответил Неро.
Я широко улыбнулась.
— Поступил бы, и именно этим ты занимаешься.
— Боюсь, ты ошиблась, Пандора. Но к сожалению, твой тест придется отложить до другого раза.
— О? — переспросила я, стараясь не звучать слишком обрадованно.
— Первый Ангел хочет тебя видеть.
Глава 6
Первый Ангел
Мы с Неро молча шли по коридору. Я не поднимала тему нашего вчерашнего ужина и дуэли. Поскольку я уже решила, что между нами ничего быть не может, в этом не было смысла. У меня имелся длинный список причин, почему мы никогда не сможем быть вместе, и под номером один там стояло то, что я не смогу сделать все необходимое для спасения Зейна, если буду склеивать разбитое сердце, которым заканчиваются все отношения с Неро.
У меня были причины — хорошие причины. К несчастью, эти причины вылетали в окно, как только я оказывалась наедине с ним. Так что мне просто нужно позаботиться о том, чтобы никогда не оставаться наедине с ним. Наши утренние сессии делали это невозможным, но я могла оставаться сосредоточенной один час с утра, верно? За исключением этого — никакого времени наедине с Неро. Точно никаких визитов в его квартиру. А когда придется заходить в его кабинет, я не забуду оставить дверь открытой. Ага, это хороший план. Что вообще могло пойти не так?
Мой внутренний скептик принялся лепетать все причины, по которым мой отличный план может пойти прахом. Я заглушила его противный голосок. Я должна мыслить оптимистично. Вопреки всему, я пережила инициацию Легиона и первый дар богов. Значит, у меня сильная воля. В сравнении с испытаниями, которые каждый день устраивал мне Легион, не думать о Неро должно быть просто.
— Ты выбита из колеи.
Я едва не подпрыгнула от его слов и скрыла беспокойство, пожав плечами.
— Кто, я? Нет, я в норме.
Неро наградил меня тяжелым взглядом, тем самым, который говорил: он знает, что я вконец завралась.
— Тебе надо научиться врать. Каждый вздох, каждый запах, каждое биение сердца неопровержимо тебя выдает.
— Рада слышать, — сказала я, улыбаясь так, что заболела челюсть. — Я над этим поработаю.
— Я вызываю у тебя дискомфорт, — это было не заявление; это был факт. В его словах не звучало жалости, триумфа или эмоций. Я не могла решить, лучше мне от этого или хуже.
— Я просто нервничаю из-за того, что меня вызывает Первый Ангел, — сказала я. — Ты знаешь, из-за чего?
Неро посмотрел на меня, его холодные глаза ничего не выдавали. Ну ладно. Он не собирался мне говорить. Не то чтобы меня это удивляло. Ангелы любили свои секреты почти так же сильно, как любили запугивать людей.
Неро отвел меня в кабинет, в котором я раньше никогда не была. Он был в два раза больше его собственного кабинета. Напротив двери стоял огромный письменный стол, но кроме антикварной лампы и стеклянного стакана с ручками на нем ничего не было. На самом деле, вся комната создавала впечатление неиспользуемой. Она была слишком чистой, слишком убранной. Должно быть, эта комната служила кабинетом Первого Ангела во время ее визитов.
Никс стояла в центре комнаты во всем своем ангельском великолепии на прекрасном ковре. Ее поза выражала силу и царственность. Она была одета в глянцевый костюм из черной кожи, подчеркивавший каждый изгиб ее тела. Ее фигура была скорее худой, нежели пышной, но от этого ее присутствие не делалось менее впечатляющим. Ботинки на высоком каблуке добавляли сантиметров к ее и без того внушительному росту.