— Не хорошая и плохая сторона. Светлая сторона и темная сторона, — поправил меня Неро. — Это другое. В тебе есть и тьма, и свет, но ты хорошая. Ты сострадательная. И ты яростно сражаешься за тех, кого любишь. Ты стойкая, Леда, но это не распространяется на твое сердце. Тебе больно было смотреть на смерть этих людей, хоть ты их и не знала.
Я опустила голову на его плечо.
— Не возражаешь? — я подняла на него взгляд. — Знаю, это неподобающе. Но просто ненадолго…
Он одной рукой обнял меня за плечи, крепко прижимая к себе. Должно быть, здесь, на полу уборной мы выглядели нелепо, но я не хотела быть где-то еще. Нельзя скорбеть о невинных душах в теплой удобной ванне с пузырьками. Это неправильно.
— Спасибо, — прошептала я Неро, когда по щекам покатились слезы.
Он ничего не сказал, и я поняла, что это неважно. Достаточно того, что он здесь. Я плакала, пока глаза не высохли, а боль в сердце не начала притупляться. Неро сидел рядом со мной все это время, одной рукой обнимая за плечи.
— Неро?
Он посмотрел на меня.
— Да?
— Я не хочу привыкать к этому, — сказала я. — Я не хочу охладевать к этому. Я не хочу, чтобы мое сердце замерзло и покрылось сосульками.
— В тебе нет ни единой сосульки, Леда Пирс, — сказал мне Неро. — Чувствовать для тебя столь же естественно, как и дышать. И я не верю, что ты когда-то лишишься человечности. Не как некоторые из нас.
— Неро, ты человечнее, чем тебе кажется, — я подняла ладонь к своему плечу и сжала обнимавшую меня руку.
— Я не могу позволить себе человечность, — сказал Неро, отстраняясь.
Я его удержала.
— Еще немного, полковник.
Неро мог бы вырваться. Он определенно был достаточно силен. И все же он остался со мной. Я не уверена, делал ли он это из жалости или из чувства долга, и мне было все равно. Даже когда я переплела наши пальцы, он не отстранился. Неро продолжал держать меня. Грудь сдавило печалью, я уронила голову на его плечо и скорбела по всем людям, которые умерли этой ночи, которые умерли вчера, и по всем тем, кто умрет до того, как все это закончится.
Глава 8
Котел ведьмы
На следующий день я с готовностью приняла тренировки. Я старалась упорнее, чем когда-либо, и на какое-то время этого было достаточно, чтобы похоронить мысли о вчерашней резне в зале торжеств. Но когда в конце дня я стояла в своей новой квартире, мои руки начали дрожать — и дело было не только в утомлении.
— Ты в порядке? — спросила Айви, выходя из своей спальни. — Нервничаешь из-за сегодняшней церемонии?
— Да, — ответила я, даже когда в голове пронеслись образы прошлого вечера.
Айви сжала мою руку.
— Я знаю, ты справишься.
— Спасибо, — я выдавила слабую улыбку. В данный момент это лучшее, на что я была способна. Между тошнотворным сжиманием живота из-за того, что случилось вчера, и расшатанных нервов, предвкушающих то, что случится сегодня, я была в полном раздрае.
— Просто подумай о чем-нибудь другом, — сказала Айви. — Например, какая суперская у нас новая квартира. Эй, у нас даже есть ванная, — она потерла руки в радостном ликовании.
Наша новая квартира определенно была улучшением в сравнении с прежним общежитием, но тяжело было не сосредотачиваться на причинах нашего продвижения: партия свежих новобранцев пришла в Легион прошлой ночью и заняла наше место в общежитиях. Испуганные крики и выстрелы с безжалостной окончательностью раздирали мой разум.
Нет, я не могла об этом думать. Я должна была быть сильной. Зейн на меня рассчитывал, и не было времени на ментальный срыв. Айви была права. Мне надо было подумать о чем-нибудь другом. Я сосредоточилась на нашей новой квартире. Она не была такой гламурной, как квартиры на верхнем этаже здания — те, которые вмещали офицеров Легиона шестого уровня и старше — но Айви придала месту божеский вид. Ароматизированные свечки и банки с ароматическими палочками стояли поверх кружевных салфеток на каждом столике и полке в гостиной, наполняя воздух сладким доброжелательным ароматом ванили, лилии и роз.
Из гостиной четыре двери вели в ванну и три спальни. Каждая спальня была достаточно большой, чтобы вместить только кровать, маленькую прикроватную тумбу и шкаф. Раньше у меня никогда не было своей спальни. Но вместо того, чтобы радоваться этой мысли, меня наполнило чувство острого одиночества. Я скучала по старой комнате, которую дома делила со своей сестрой Беллой. Мое сердце сдавило, когда я осознала, что никогда больше не буду жить под одной крышей с Калли, братом и сестрами. Теперь моей жизнью стал Легион, но станут ли эти люди моей семьей?