— Входи.
— А нельзя мне здесь постоять?
— Мне нужно тебе кое-что передать. А теперь прекрати обниматься с косяком и войди внутрь.
Я последовала за ним в квартиру. Он махнул рукой в сторону двери, и она закрылась за мной с решительным щелчком. Неро уже шел к обеденному столу. Сегодня там не было еды или вина, только куча бумаг.
— Вот копии чертежей пяти зданий, образующих Нью-Йоркский университет Колдовства, — сказал Неро, протягивая первую стопку бумаг. — Запомни планировку. Пока мы с остальными будем на сессии в актовом зале, ты будешь искать любые улики причастности ведьм к нападению в Брик Палас двухдневной давности. Для этого тебе придется быстро и методично передвигаться по школе.
Я без лишних слов взяла папку. Молчание, возможно, сейчас было лучшим планом. Неро еще не упоминал произошедшее в офисе, и, осознав ситуацию, я поняла, что тоже этого не хочу.
— Я подготовил тебе список для чтения, — сказал он, протягивая мне список книг на десяти страницах. Исписанных с обеих сторон. — Ты найдешь все это в библиотеке Легиона на четвертом этаже. Они должны дать тебе хорошую основу в колдовстве. Тебе это понадобится в твоем расследовании.
Я лишь раскрыла рот, уставившись на список. Как столько много книг вообще влезало в одну единственную библиотеку?
— Теперь, получив второй дар богов, ты сможешь вкладывать магию в зелья, — сказал Неро в ответ на мою очень привлекательную пародию на оленя в свете фар. — Ты можешь сделать все, что может делать ведьма.
— Я не очень-то чувствую себя ведьмой.
— Это придет.
— Так все как в прошлый раз? Мне просто нужно пробиваться через это, пока я не пойму?
— По сути, да, — сказал Неро. — Хотя освоение Котла Ведьмы — это ментальная битва, а не физическая, как Поцелуй Вампира.
Ментальная битва, ладно. Я могу это сделать. Я могу быть мозговитой.
Эта уверенность продлилась примерно две секунды, сокрушившись и сгорев, когда Неро протянул мне второй список.
— Вот некоторый дополнительный материал к прочтению, если закончишь с первым списком.
Я молча приняла от него листы. Я могу прочесть все эти книги, если следующие двадцать лет не буду заниматься ничем другим. Кому вообще нужен сон? Его абсолютно переоценивают — как и свободное время.
— Поначалу может быть сложно, но ты заметишь, что чем дольше этим занимаешься, тем легче начинают усваиваться знания, — сказал Неро. — Боги даровали тебе могущественный дар. Тебе просто нужно его открыть.
Измученный приглушенный звук сорвался с моих губ.
— А ты не можешь просто назначить мне еще больше отжиманий?
— Во время наших регулярных тренировочных сессий я буду опрашивать тебя по прочтенному материалу. У тебя будет возможность продемонстрировать, чему ты научилась, во время физических упражнений.
Судя по выражению лица, Неро был абсолютно серьезен. Ну конечно. Неро зверски продуктивен. Зачем убивать двух птиц одним камнем, когда можно убить десятерых одним валуном? Надеюсь, эта эффективность не убьет и меня за компанию.
— Но завтра утром тренировочной сессии не будет. Рано утром мы уезжаем на встречу с ведьмами, — сказал Неро.
— Это все? — спросила я. Что-то в его глазах говорило об обратном. Он собирался обсуждать то, что произошло внизу?
— Да, я действительно хотел поговорить с тобой кое о чем.
Неро подошел ближе, и я прижала бумаги к груди. Против ангела они будут ничтожным щитом и еще более худшим мечом. Ну, если только смертельной слабостью ангелов не был порез от бумаги.
— О чем? — спросила я, отступая назад.
— Нет необходимости бояться, — нетерпеливо сказал Неро. — Я тебя не укушу.
Это хреново, что часть моя была разочарована таким заявлением?
Ага, сообщил мне мой внутренний циник. Это реально хреново.
— Это по поводу Харкера, — сказал Неро.
Я перестала отступать.
— Его судили?
— Нет, его все еще допрашивают, — сказал Неро.
— Все еще? Но прошел целый месяц! — запротестовала я.
— Да, но ситуация непростая. Я не мог сказать Высшим Ангелам о дозе чистого Нектара, которую он попытался тебе дать. Они бы захотели узнать, зачем он это сделал, и не погнушались бы воспользоваться любыми средствами.
Значение его слов не могло быть более ясным. Как и взгляд, которым он меня наградил.
— Они бы стали меня пытать.
— Да, — мягкое шипение этого единственного слова проклинало не хуже хора обвинений.
— Так если Высшие Ангелы не знают правды о случившемся, то что, по их мнению, сделал Харкер? — спросила я.