Лёд, Пророк, Борей, Перун, Бес, Треф и Паук.
Все семеро. Израненные, в крови, но живые. Все до единого!
Только Акулы среди них не было.
— Прикройте командира! — выкрикнул Лёд. — Он должен доделать дело!
Двое бросились в бой с шакалами, трое окружили горящую, но не сдавшуюся царицу. Сам Лёд взял с собой Беса, и вместе они подхватили меня на руки и потащили к пирамиде.
— Сейчас здесь будет жарко! — на бегу крикнул Лёд. — Нашу оборону прорвали! Виктор и его ребята погибли! Мы приняли решение спуститься и помочь тебе завершить нашу миссию!
— Где Акула? — спросил я.
— Она погибла. Убила себя вместе с одним из подземных магов, — быстро сообщил мне Бес. — Вцепилась ему в глотку и упала на дно вместе с ним.
Сердце сжалось от скорби и боли.
Акулина Снегова погибла, как и хотела — героически спасая свою Империю, но в голове это всё равно не укладывалось.
— Через несколько секунд штурмовые отряды врага будут здесь! — добавил Лёд.
Стоило ему это сказать, как наверху Котлована послышались крики и топот множества ног. Звуки размножило эхо, сверху полетели копья ниудов, отовсюду загрохотало.
— Идите ко мне, мои де-е-е-ети!! — завыла царица, вскинув объятые пламенем руки. — Защитите свою госпожу!!
После этого она завизжала так оглушающе, что стены Котлована потрескались.
Огонь на женщине начал гаснуть...
— Быстрее! — Я вцепился парням в плечи. — Царица скоро восстановится!
Парни втащили меня внутрь пирамиды и сразу же рванули обратно, в схватку с сотнями ниудов, которые за секунды заполонили Котлован.
Я же, еле опираясь на изуродованную ногу, похромал к единственной точке, где мог находиться знак силы подземных магов — к самой середине с углублением в полу.
Там действительно ярко светился треугольник Цуо, совсем небольшой, в основании не длиннее пары метров.
Встав на краю ямы, я собрал остатки сил и попытался вызвать в себе огонь Ган: на броне или на клинке меча — хоть одну искру.
Бесполезно.
Слишком много энергии ушло, чтобы ослабить царицу, а теперь пламени уже не осталось. Нужно было искусственно его вызвать, и имелся только один способ сделать это.
Я рванул к бомбе, что так и осталась вмороженной в пол пирамиды.
Земля под ногами опять задрожала, битва моего отряда с армией ниудов набирала силу: снаружи слышались пронзительные крики раненых, сверкали молнии, дробью били красные вспышки, гудел ветер, крушились и падали льдины.
Я встал за пару шагов от бомбы, вытянул револьвер из кобуры и зарядил барабан патронами с заклинаниями мини-пушки, затем взвёл курок и прицелился в стальной шар в полу.
Палец мягко лёг на спусковой крючок.
— Жаль, мы так и не встретились, папа, — прошептал я и задержал дыхание.
Мысленно попрощался со всеми.
И выстрелил.
Заряд мини-пушки ударил точно в цель.
Лёд вокруг бомбы раскололся, шар провернулся, и тут же послышались еле слышные щелчки — бомба раскрылась до конца.
«Раз, два, три, четыре...», — начал машинально считать я.
На счёт «пять» раздался взрыв.
Громыхнуло так, что заложило уши. Меня швырнуло на стену, тело прожгло жаром, лицо окропило брызгами воды и искрами, раздался треск льдин, по полу прогудело, пирамида затрещала со всех сторон.
Сверху повалились куски льдин, но я отшвырнул их щитом Стража, вскочил и рванул прямо в бушующее пламя. Пол пирамиды разворотило, стены оплавились и почернели, всё трещало и дрожало, но это не помешало мне ворваться в огонь, как в благодатные объятья.
Да-а...
Это было похоже на блаженство. Моё истощённое астральное тело моментально впитало в себя силу Ган, тело окрепло, как и броня Витязя, меч снова вспыхнул пламенем, а затем — и доспех.
Уже не хромая, я подошёл к яме со знаком Цуо и посмотрел вниз.
Треугольник всё также лучился светом, совершенно беззащитный и ослабевший.
Я поднял раскалённый меч остриём вниз и занёс над знаком. Один удар — и подземные маги лишатся дополнительной силы, ослабнув до самого Дня Сидха.
— Не-е-е-ет! — завизжали откуда-то сбоку. — Ты не посмеешь!!
Из дыма выскочила Заварра — полуобгоревшая мумия в короне, но в этот момент позади неё появилась... Акулина.
Израненная и еле держащаяся на ногах, она подняла кинжалы, целясь царице в спину. Мы посмотрели друг другу в глаза и ударили одновременно.
Я — в знак Цуо.
Она — в Заварру.
От крика царицы Котлован загудел и затрясся так, что всё заходило ходуном. С двумя кинжалами в спине Заварра отшвырнула от себя Акулину, а затем посмотрела на меня.
— Это ещё не конец... — прошипела она.
К ней подскочили два её шакала, женщина оседлала одного из них, и оба пса рванули из полуразрушенной пирамиды.