Клаудиа Истербрук стояла в дверях, глядя на лакированные черно-розовые шпильки Темпл от Стюарта Вейзмана, точно Бастинда из Фиолетовой страны на хрустальные башмачки.
Неожиданность была не такой неприятной, как если бы это и вправду был Макс, но все-таки довольно сильной. На лице Клаудии сейчас не было ни следа обычной профессиональной бодрости. Его черты обвисли, углы рта опустились и отвердели. Она смотрела на Темпл и ее туфли с таким видом, будто они олицетворяли все то, что ускользнуло из ее собственной жизни. Это впечатление длилось какую-то секунду. Затем лицо Клаудии и ее голос изменились. Она ступила через порог так, точно не стояла только что олицетворением скорби в дверном проеме.
— Последние новости о смерти Ройяла, — объявила она.
— Они нашли… кого-нибудь?
Клаудиа оценила волнение и нетерпение Темпл и выдала свою самую ледяную улыбку:
— О, они нашли кое-кого. Но не убийцу. Скорее, еще одну жертву Ройяла. Одну из его бывших жен. Прямо здесь, в ААК. Эта лейтенант Молина порылась в его прошлом — и выставила нас, пиарщиков, в неприглядном свете. Либо мы слепые и глухие задницы, либо пытаемся что-то скрыть. Я принесла приложение к пресс-релизу. Некролог от экс-миссис Ройял.
Темпл сунула сложенную страницу телефонного справочника в боковой карман сумки. Что-то подсказывало ей, что Клаудиа не должна ее видеть. Она взяла предложенный Клаудией листок и пробежала его глазами.
— Редактор “Кокерел, Тупенс и Трайн”? Почему же она не объявилась сразу же?
— Полагаю, именно этот вопрос интересовал лейтенанта Молина. А еще ее интересовало, почему ни я, ни Лорна ей не сказали.
— И что вы ей ответили?
— Мы не отслеживаем бывших жен и мужей наших работников. В сегодняшнем книгоиздательстве, когда каждый торопится занять стульчик, пока играет музыка, невозможно удержать в памяти, кто на чьем месте, не говоря уже о том, кто в чьей постели.
— Или кто оттуда убрался. Короче, когда Молина спросила вас про эту Ровену Новак, вы быстренько подсуетились с отделом кадров, нашли ее и получили некролог. Отличный ход. Догадываюсь, она не слишком потрясена смертью бывшего мужа?
— Смертью — трудно сказать. Интересом к ней полиции — возможно. Эта Молина, кажется, намерена найти убийцу до того, как мы начнем сворачивать выставку.
Темпл кивнула:
— Спасибо, Клаудиа. Я не уверена, что мое дальнейшее участие в этой истории потребуется, но все равно полезно быть в курсе дела. А сейчас мне срочно нужно бежать, — она оставила релиз на столе и направилась к дверям.
— А что? — сказала Клаудиа ей вслед. — Требуется немедленно поменять кошачий наполнитель?
Темпл резко обернулась в дверях, успев заметить то же горькое выражение, которое уже видела несколькими минутами раньше. Затем беспечно тряхнула головой:
— Нет, ничего настолько важного — просто распродажа в “Дешевой обуви”. Пока!
Через пять минут она была возле стенда “Кокерел, Тупенс и Трайн”, выискивая глазами нужное имя на бейджиках персонала.
— Мисс Новак?
Та кивнула. Она была незатейлива, как высохшая корка, эта худая женщина с волнистыми волосами, напоминающими каракуль, в очках, оправа которых повторяла желчный цвет ее лица. Модные оттенки шартреза и ржавчины в одежде только подчеркивали ее обыденность.
— Мы могли бы побеседовать? Я Темпл Барр, менеджер по связям с общественностью на выставке. И помогаю лейтенанту Молина сориентироваться в обстановке
— Я уже говорила с лейтенантом Молина и с Клаудией Истербрук.
— Я знаю, но… я надеялась, что вы уделите мне еще немного времени. Полиция не разбирается в системе ААК. Им нужен помощник, а это моя работа — предоставлять информацию и правильно интерпретировать факты.
Костлявое лицо Ровены Новак напряглось, но затем она вздохнула:
— Ну, хорошо. В буфете сейчас не так много народу, ланч закончился. Мне не помешает стакан газировки.
— Отлично. Я угощаю.
Они протиснулись сквозь толпу. Темпл следила, чтобы ее спутница не отстала. Как и предполагала мисс Новак, в буфете было много свободных мест. Они подошли к стойке кафетерия, и Темпл внезапно испытала приступ волчьего голода, вспомнив о своем неудавшемся ланче. Она схватила сладкую булочку и впилась в нее, пока Ровена Новак заказывала простую — даже не диетический вариант — кока-колу.